<<
>>

Возвращение неосновательного обогащения в натуре

. Притязание из неосновательного обогащения прежде всего направлено на возвращение обогащения in natura (п. 1 ст. 1104 ГК). Следовательно, если приобретатель стал собственником переданной ему индивидуально определенной вещи, то он обязан возвратить ее обратно; если он получил лишь владение вещью, то он должен вернуть его.

В случае неосновательной уступки требования ст.

1106 ГК наделяет цедента (потерпевшего) правом требовать восстановления прежнего положения, в том числе возвращения ему документов, удостоверяющих уступленное требование. Если в этой статье под "правом требовать восстановления прежнего положения" понимается направленное против цессионария (приобретателя) притязание цедента на совершение обратной уступки, то обратный переход уступленного требования становится проблематичным, так как корреспондирующая этому притязанию охранительная обязанность цессионария совершить обратную уступку не может быть реализована вопреки его воле органами исполнения в порядке исполнительного производства. Удовлетворение интереса цедента (потерпевшего) в обратном переходе неосновательно уступленного требования не будет связано умонастроением цессионария (приобретателя) лишь в том случае, если мы признаем, что предоставленное ему ст. 1106 ГК "право требовать восстановления прежнего положения" является не чем иным, как правом требовать от суда перевода на себя принадлежащего цессионарию требования, т.е. преобразовательным притязанием, осуществляемым актом судебного решения*(92).

При неосновательном прощении требования у бывшего кредитора (потерпевшего) возникает притязание против бывшего должника (приобретателя) на восстановление прощенного требования*(93). Восстановление происходит через (договорное) повторное обоснование требования того же содержания*(94) и с теми же или равноценными обеспечениями*(95). Однако такое решение вопроса, которое с необходимостью вытекает из п.

1 ст. 1104 ГК, страдает целым рядом недостатков. Во-первых, оно совершенно неприемлемо в тех случаях, когда предоставление, лишенное правового основания, состоит в прощении требования, возникшего из правонарушения (например, требования о возмещении вреда, причиненного имуществу), поскольку это требование не может быть обосновано через договор между бывшим кредитором и бывшим должником по требованию. Во-вторых, оно не учитывает то обстоятельство, что упомянутые выше лица сами по себе не способны установить ранее существовавшее для прощенного требования обеспечение в виде поручительства или залога, при котором залогодателем являлось отличное от бывшего должника лицо. В-третьих, оно не обеспечивает эффективной защиты охраняемого законом интереса потерпевшего в восстановлении его материально-правового положения, потому что лежащая на приобретателе охранительная обязанность восстановить прощенное требование не может быть осуществлена вопреки его воле органами исполнения в порядке исполнительного производства. С учетом сказанного законодателю следовало бы отказаться от конструкции "кондикции прощения" путем введения в Гражданский кодекс специальной нормы, которая бы предоставляла бывшему кредитору по неосновательно прощенному требованию преобразовательное притязание, обязывающее суд восстановить прощенное требование с существовавшими на момент его прекращения обеспечениями*(96).

Пункт 2 ст. 1104 ГК гласит: "Приобретатель отвечает перед потерпевшим за всякие, в том числе и за всякие случайные, недостачу или ухудшение неосновательно приобретенного или сбереженного имущества, происшедшие после того, как он узнал или должен был узнать о неосновательности обогащения. До этого момента он отвечает лишь за умысел и грубую неосторожность". Предписание второго предложения данного пункта содержит в себе внутреннее противоречие: до указанного в нем момента приобретатель не может отвечать за причинение вреда имуществу по умыслу или грубой неосторожности, так как его вина исключена его добросовестностью*(97).

Это противоречие делает невозможным применение рассматриваемого предписания. Поэтому надлежит признать, что добросовестный приобретатель не обязан возмещать вред, причиненный им неосновательно полученному имуществу до того, как он узнал или должен был узнать, что обогатился sine causa.

Поскольку приобретатель, неосновательно получивший в собственность вещь, определенную родовыми признаками, обязан возвратить не эту вещь, а ее равноценный заменитель из числа однородных вещей, вопрос о его ответственности за ухудшение такой вещи не возникает. Следовательно, в п. 2 ст. 1104 ГК речь идет о причинении вреда индивидуально определенной вещи, право собственности на которую чаще всего переходит к приобретателю через традицию, лишенную правового основания. Сказанное свидетельствует об ошибочности утверждения, будто индивидуально определенная вещь не может быть предметом кондикционного иска*(98), а также лежащей в его основании трактовки традиции как каузальной сделки*(99).

<< | >>
Источник: Коллектив авторов. Вопросы и ответы к государственному экзамену по гражданскому праву 2012 год. 2012

Еще по теме Возвращение неосновательного обогащения в натуре:

  1. Статья 1104. Возвращение неосновательного обогащения в натуре
  2. Вопрос_52. Условия возникновения обязательств вследствие неосновательного обогащения. Особенности возврата неосновательного обогащения
  3. Возмещение стоимости неосновательного обогащения
  4. Глава 31. ОБЯЗАТЕЛЬСТВА ВСЛЕДСТВИЕ НЕОСНОВАТЕЛЬНОГО ОБОГАЩЕНИЯ
  5. 2. Понятие обязательств из неосновательного обогащения
  6. 31.7. Обязательства вследствие неосновательного обогащения
  7. Глава 54. Обязательства из неосновательного обогащения
  8. Глава 68. ОБЯЗАТЕЛЬСТВА ИЗ НЕОСНОВАТЕЛЬНОГО ОБОГАЩЕНИЯ
  9. § 6. Обязательства вследствие неосновательного обогащения
  10. 1. Содержание обязательств из неосновательного обогащения
  11. § 3. Содержание обязательства из неосновательного обогащения
  12. § 3. Содержание притязания из неосновательного обогащения