<<
>>

Глава 2. КОНСТИТУЦИОННОСТЬ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ ПО ЕЕ ВЫЯВЛЕНИЮ И РЕАЛИЗАЦИИ

Конституционность - это качественно-правовая характеристика законодательных и иных правовых актов, выражающаяся в соответствии этих актов Конституции РФ. При этом имеется в виду, что само такое соответствие обеспечивается не достижением формального сходства либо даже буквальным воспроизведением в правовом акте тех или иных конституционных принципов, норм и положений, а сущностным их соответствием, отсутствием содержательных и логических противоречий.
При этом нормы законодательных и иных правовых актов могут быть бесконечно разнообразными, охватывать своим регулирующим воздействием самый широкий круг отношений, принадлежать к различным отраслям и институтам правовой системы.
Конституционность предполагает также, что соответствие норм законодательных и подзаконных актов не ориентировано исключительно лишь на один определенный принцип либо норму Конституции, а имеет в качестве своего критерия Конституцию как целостное и единое правовое явление. При этом каждые из сравниваемых конституционных принципов и норм рассматриваются в сущностной и содержательной взаимосвязи с рядом других, отвечающих в каждом конкретном случае смыслу, назначению и целям, лежащим в основе выявления конституционности, конституционных принципов, норм и положений.
Характеризуя феномен конституционности, следует учитывать и тот факт, что Конституция РФ включает в себя общепризнанные принципы современного международного права, а нормы данной отрасли права и правила международных договоров Российской Федерации входят в правовую систему России с приоритетом действия в случае противоречия с нормами национального права. Поэтому качественное состояние конституционности не может обеспечиваться без учета и этих важнейших обстоятельств.
Конституционность как качественно-правовое явление свойственна нормам законов и иных правовых актов в процессе их реализации, правоприменения, а потому конституционность - это и критерий правоотношений.
Выявление конституционности в результате соотнесения правовой нормы с Конституцией РФ, их анализа с последующим формулированием выводов, - это принцип конституционности.
Из этого следует, что, будучи конституционно-правовым принципом, конституционность - это и результат аналитического познавательного процесса, со всеми свойственными ему проявлениями и особенностями.
Указанный анализ и формулирование суждений и выводов имеет место и в тех случаях, когда не приходится выявлять конституционность, например при официальном толковании отдельных положений, принципов и норм Конституции. Такое толкование - самостоятельная функция органа государственной власти, которому конституционно предписано ее осуществлять.
Вместе с тем следовало бы, очевидно, иметь в виду, что суть конституционного толкования составляет неотъемлемую часть процесса выявления и официального установления конституционности. Поэтому правомерен и вывод - конституционность правового акта является результатом в том числе и проводимого всякий раз толкования положений, принципов и норм Конституции.
Органом государственной власти, уполномоченным осуществлять формулирование выводов относительно конституционности законодательных и подзаконных правовых актов, является Конституционный Суд РФ. Это его назначение закреплено ст. 125 Конституции РФ, согласно которой Конституционный Суд РФ прежде всего по запросам органов и должностных лиц, перечисленных в ч. 2 ст. 125, разрешает дела о соответствии указанных в этой же статье правовых актов Конституции РФ. По жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов Конституционный Суд РФ в соответствии с ч. 4 ст. 125 Конституции РФ проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле, в порядке, установленном федеральным законом.
По запросам же Президента РФ, Правительства РФ, органов законодательной власти субъектов РФ Конституционный Суд РФ дает (ч. 5 ст. 125 Конституции РФ) толкование Конституции РФ. Как видим, возможность осуществления Конституционным Судом РФ своих полномочий, связанных с выявлением и формулированием его выводов о конституционности правовых актов, может иметь место только по запросам или жалобам лиц, упомянутых в Конституции РФ.
Такая компетенция носит наименование связанной <1>.
--------------------------------
<1> См.: Баглай М.В. Конституционное право Российской Федерации: Учебник для вузов. М.: Норма, 1998. С. 636.
Полномочия Конституционного Суда РФ о признании того или иного правового акта конституционным или, иными словами, о разрешении им дела о соответствии этого акта Конституции РФ, ограничены рядом условий:
а) Конституционным Судом РФ разрешаются дела о соответствии Конституции РФ лишь тех актов, которые перечислены в п. "а" - "г" ч. 2 ст. 125 Конституции РФ (федеральные законы, акты Президента РФ, Совета Федерации, Государственной Думы и др.);
б) разрешение Конституционным Судом РФ дел о соответствии указанных актов Конституции РФ не может производиться по инициативе Конституционного Суда РФ. Для этого требуется, как уже отмечалось, запрос государственных органов и должностных лиц, перечисленных в ч. 2 ст. 125 Конституции РФ.
Запрос соответствующего государственного органа или должностного лица, поступивший в Конституционный Суд РФ, служит единственным и обязательным поводом для принятия этим Судом к рассмотрению дела о проверке конституционности определенного нормативного правового акта. Запрос - это основа содержания и предмет рассмотрения обращаемого к Конституционному Суду РФ вопроса. В свою очередь, Конституционный Суд РФ, руководствуясь содержанием запроса, сам окончательно формулирует предмет судебного рассмотрения, исключая из него те вопросы, которые в силу различных оснований и причин не могут быть им рассмотрены.
Так, по делу о проверке конституционности Постановлений Правительства РФ от 26 сентября 1995 г. N 962 "О взимании платы с владельцев или пользователей автомобильного транспорта, перевозящего тяжеловесные грузы, при проезде по автомобильным дорогам общего пользования" и от 14 октября 1996 г. N 1211 "Об установлении временных ставок платы за провоз тяжеловесных грузов по федеральным автомобильным дорогам и использовании средств, получаемых от взимания этой платы" Конституционный Суд РФ дал, к примеру, смысловую оценку запроса, послужившего поводом к рассмотрению самого дела.
По мнению заявителя, характеристики введенного указанными Постановлениями Правительства платежа (плательщики, ставка оплаты, порядок ее дифференциации, зачисление в Федеральный дорожный фонд) позволяют сделать вывод о том, что Правительством РФ фактически установлен новый вид налога и, следовательно, оно вышло за пределы своей компетенции, чем нарушило ст. 57, 75 (ч. 3) и 115 (ч. 1) Конституции РФ. В связи с этим Конституционный Суд РФ определил в качестве объекта проверки установленное Конституцией РФ разграничение компетенции между Правительством РФ и Федеральным Собранием как законодательным органом. При этом Конституционный Суд РФ отказался рассматривать в данном деле положения оспариваемых актов, затрагивающие полномочия органов исполнительной власти субъектов РФ, а также положения оспариваемых актов, регулирующие вопросы, не получившие разрешения в Конституции РФ, либо по своему характеру и значению не относящиеся к числу конституционных. Было констатировано также, что в компетенцию Конституционного Суда РФ не входит содержащиеся в запросе, послужившем поводом к рассмотрению дела, установление соответствия положений подзаконных нормативных актов законам и соответствия ведомственных актов Конституции РФ.
Разрешение Конституционным Судом РФ дел по запросам о соответствии Конституции РФ перечисленных в ч. 2 ст. 125 Конституции РФ правовых актов с необходимостью требует осуществления правосудия, поскольку основанием для рассмотрения дела являются правовой спор или правовой конфликт.
Подобно тому, как в гражданском и арбитражном судопроизводстве сторонами в состязательном процессе по разрешению правового спора или конфликта выступают истцы и ответчики, а в уголовном процессе - обвиняемый и обвинитель, сторонами в конституционном судопроизводстве являются, с одной стороны, заявители - органы или должностные лица, направившие в Конституционный Суд РФ запрос, а с другой стороны, органы или должностные лица, издавшие или подписавшие акт, конституционность которого оспаривается.
Предмет спора в данном случае - вопрос о соответствии оспариваемого акта Конституции РФ.
Как и другие суды, Конституционный Суд РФ выносит решения на основе доказательств, рассмотренных в судебном заседании. Он руководствуется теми же принципами при рассмотрении дел, что и другие суды, осуществляющие правосудие. Например, закрепленный в Конституции РФ принцип независимости судей и гарантии этой независимости полностью распространяются и на судей Конституционного Суда. В Законе о Конституционном Суде РФ закреплены и такие принципы осуществления правосудия, как гласность и коллегиальность, состязательность и равноправие сторон, принципы устности разбирательства, непрерывности и др.
Следует также отметить, что принцип законности, которым руководствуются суды общей юрисдикции и арбитражные суды, обязателен для Конституционного Суда как принцип конституционной законности, так как согласно ст. 1 Закона о Конституционном Суде РФ он является судебным органом конституционного контроля.
С принципом конституционности, как уже отмечалось, непосредственно связано конституционное полномочие Конституционного Суда РФ давать толкование Конституции РФ. В арсенале Конституционного Суда РФ наличествуют две формы.
Одна из них свойственна всем конституционным судам и составляет основное содержание их деятельности: это толкование конституционных норм и положений в связи с рассмотрением конкретных споров, будь то вопрос о соответствии нормативного акта Конституции, спор о компетенции между государственными органами, между Федерацией и ее субъектами или вопрос о соответствии международного договора Конституции. Примером такого толкования может служить Постановление Конституционного Суда РФ по делу о толковании ряда статей Конституции РФ, предусматривающих принятие решений палатами Федерального Собрания РФ большинством от общего числа депутатов. Возник вопрос: что считать таким "общим числом" - число депутатов Государственной Думы, названное Конституцией РФ, - 450 (ч. 3 ст.
95) или же число мандатов, реально замещенных на момент голосования.
Конституционный Суд РФ в своем Постановлении от 12 апреля 1995 г. N 2-П определил, что под общим числом депутатов следует понимать число депутатов, установленное для Государственной Думы ч. 3 ст. 95 Конституции РФ, - 450 депутатов. Принимая такое решение, Конституционный Суд РФ исходил из того, что акт парламента как органа общенационального представительства должен отражать не только интересы парламентского большинства, но также интересы большинства общества. Определение же результатов от числа закрепленных мандатов может привести к тому, что Государственная Дума в случае вакантности значительной части депутатских мандатов будет принимать федеральные законы, фактически утратив свой представительный характер <1>.
--------------------------------
<1> ВКС РФ. 1995. N 2 - 3.
Вторая форма конституционного толкования - это так называемый прямой запрос о толковании, которое связано с решением вопросов, отнесенных к компетенции Конституционного Суда.
Так, Конституционный Суд РФ принял решение по обращению профсоюза летного состава Гражданской авиации РФ, который посчитал неконституционной ст. 12 действующего Закона о порядке разрешения коллективных трудовых споров, на основании которой в судебном порядке была запрещена забастовка летного состава. Указанная статья запрещает, в частности, проведение забастовок в гражданской авиации. Конституционный Суд РФ дал следующее толкование: право на забастовку может быть ограничено, но не по отраслевому принципу, а в соответствии с рамками пользования правами и свободами, которые установлены самой Конституцией. Запрет же на одном только основании принадлежности к определенной отрасли не соответствует ч. 4 ст. 37 и ч. 2 и 3 ст. 55 Конституции РФ <2>.
--------------------------------
<2> ВКС РФ. 1995. N 2.
"Толкование в судебном конституционном контроле, - пишет Ж.И. Овсепян, - функциональная доминанта, составляющая глубинную суть конституционно-контрольной деятельности, ее квалифицирующий признак. Оно определяет особое место специализированного конституционного контроля в механизме "разделения властей", "специализацию" судебного конституционного контроля в этом механизме. Толкование - это процессуальная форма, которая отражает особенности компетенционной специализации судебного конституционного контроля в системе осуществления власти, т.е. содержание его полномочий как арбитра посредника между законодательной и исполнительной властью, федерацией и ее субъектами, государством и территориями, властью и личностью и т.д. Иными словами, толкование - процессуальная форма, ассоциирующаяся с третейским, посредническим предназначением судебного конституционного контроля в механизме "разделения властей". Наконец, толкование конституции - это форма деятельности, наиболее приближенная к законодательству" <1>.
--------------------------------
<1> Овсепян Ж.И. Конституционный Суд России: реформа правового статуса. С. 4.
Разрешая конституционно-правовые споры, Конституционный Суд РФ воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов и иных органов.
"С точки зрения содержательной, функционального содержания, виды деятельности, связанные с отправлением, соответственно, общего правосудия либо осуществлением конституционно-контрольной деятельности, совершенно различны, - пишет Ж.И. Овсепян. - Вместе с тем мы не могли бы согласиться и с мыслью, что конституционный контроль не является разновидностью правосудия, и не считаем себя вправе отвергать такое понятие, как конституционное правосудие. Более того, при указанном подходе необходимо правильно расставить приоритеты, имея в виду более высокий уровень правосудия, осуществляемого в порядке конституционного контроля, и высшее положение конституционных судов в иерархии судебных органов, прямо предусмотренное конституционным и специальным законодательством ряда стран.
Будучи частью механизма государственной власти, судебный конституционный контроль, как и другие ветви власти, несет в себе признаки, свойственные каждой из противоположных властей, т.е. в процессе конституционно-контрольной деятельности осуществляются и законодательные, и исполнительные, и судебные функции" <1>.
--------------------------------
<1> Овсепян Ж.И. Судебный конституционный контроль в зарубежных странах. Правовая защита конституций. Ростов н/Д, 1992. С. 23.
Представляется необходимым обратить внимание на то обстоятельство, что Конституционный Суд РФ осуществляет правосудие - конституционное правосудие, но обширная сфера его деятельности, пусть и облеченная в судебно-процессуальную форму, прямо к правосудию не относится, хотя и представляет собой проявление судебной власти как одной из форм государственной власти.
Указанная точка зрения корреспондирует с мнением ряда специалистов в области российского конституционного права относительно двойственной природы Конституционного Суда РФ. Так, судья Конституционного Суда РФ Б.С. Эбзеев полагает, что, с одной стороны, Конституционный Суд является органом правосудия, составной частью судебной власти, а с другой - выступает в качестве органа государственной власти, стоящего в одном ряду с конституционными органами - Президентом, парламентом, Правительством.
"Конституционные суды являются не только судебными, но и такими конституционными органами, которым предоставлено право осуществлять контроль за деятельностью законодательной и исполнительной власти. В данном случае органы конституционного контроля сами представляют высшую государственную власть, - подчеркивает Б.С. Эбзеев. - Такова главная особенность конституционного правосудия, отличающая его от судов общей юрисдикции и арбитражных судов. Этим качеством Конституционного Суда обусловлена его интегрирующая роль как гаранта политического мира в обществе и государстве. Однако следует сделать оговорку: названная функция Конституционного Суда РФ может и должна осуществляться только в форме судебного разбирательства и с соблюдением всех установленных законом процессуальных правил и норм" <1>.
--------------------------------
<1> Эбзеев Б.С. Конституция. Правовое государство. Конституционный Суд. М., 1997. С. 129.
Контроль за деятельностью законодательной и исполнительной власти Конституционному Суду РФ никто не предоставлял. Это не вытекает и из конституционных полномочий данного государственного органа. Поэтому с этой частью утверждения Б.С. Эбзеева согласиться нельзя. Контроль за конституционностью определенных правовых актов далеко не равнозначен контролю за законодательной и исполнительной деятельностью. Осуществление же Конституционным Судом государственной власти (непонятно, почему Б.С. Эбзеев именует ее высшей) происходит посредством реализации различных его функций и прежде всего основной - функции правосудия.
Однако, как нам представляется, главная особенность конституционного правосудия, отличающая его от правосудия, осуществляемого судами общей юрисдикции и арбитражными судами, - это разрешение в установленной конституционно-процедурной форме споров по запросам перечисленных в ч. 2 ст. 125 Конституции РФ государственных органов о соответствии Конституции РФ федеральных законов, актов Президента РФ, Правительства РФ и др.
Запрос о конституционности правового акта, направленный в Конституционный Суд РФ, требует разрешения правового спора, если:
- заявитель считает нормативный акт органа государственной власти или договор между органами государственной власти неконституционными и не подлежащими действию, в то время как другая сторона - издавший этот нормативный акт орган государственной власти или сторона договора - по логике его действия и поведения полагает, что нормативный акт соответствует Конституции и должен действовать;
- заявитель считает, что нормативный правовой акт органа государственной власти или договор между органами государственной власти соответствует Конституции РФ и должен действовать, в то время как издавший этот акт орган государственной власти или сторона договора придерживаются противоположного мнения и официально приняли решение о прекращении действия этого акта или договора, отказываются его исполнять, как не соответствующий Конституции РФ.
Решение Конституционного Суда РФ действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.
Акты или отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают юридическую силу, при этом повторное принятие того же акта не может преодолеть юридическую силу постановления Конституционного Суда РФ о признании акта неконституционным. Это означает, что в плане соотношения властей судебная власть, в данном случае выраженная в решении (постановлении) Конституционного Суда РФ, не имеет фактически никакого противовеса, что ставит другие ветви власти далеко не в равное положение. Может ли существовать гарантия того, что Конституционный Суд РФ, признавая тот или иной правовой акт неконституционным и лишая его юридической силы без права на обжалование и возможность преодоления такого решения путем повторного принятия такого акта во всех без исключения случаях, выражает абсолютную истину.
Очевидно, нельзя, да и разве не говорят об этом особые мнения отдельных судей Конституционного Суда РФ, которые довольно часто сопровождают заключения о признании правового акта неконституционным.
К тому же вывод Конституционного Суда РФ о неконституционности того или иного акта основывается на целой системе доводов, аргументов, доказательств, которые далеко не для всех являются убедительными, им могут быть противопоставлены и в реальности довольно часто противопоставляются другие аргументы, доводы и доказательства со стороны представителей сторон, приглашенных экспертов и др. Если не считать отдельных мнений судей, они нигде не излагаются и не опровергаются, даже если высказываются и выдвигаются в процессе обсуждения проблемы.
Решение, принятое Конституционным Судом РФ, окончательно, обжалованию не подлежит и вступает в силу немедленно после провозглашения, оно приобретает обязательный характер. В постановлении Конституционного Суда РФ, в случае признания правового акта неконституционным, содержится, как правило, указание в адрес представительного и законодательного органа государства - "надлежит внести изменения".
Откуда у Конституционного Суда РФ появилось такое полномочие, несовместимое с принципом разделения властей?
Ведь ни Конституция РФ, ни Закон о Конституционном Суде РФ не наделяет Конституционный Суд РФ таким полномочием.
В ст. 79 упомянутого Закона говорится: "Решения судов и иных органов, основанные на актах, признанных неконституционными, не подлежат исполнению и должны быть пересмотрены в установленных федеральным законом случаях..." В данной редакции, как нам представляется, отсутствует прямое и непосредственное предписание в адрес законодательного органа, а содержится ориентирующая установка на пересмотр акта, утратившего юридическую силу, которая оставляет на усмотрение законодательного органа решение вопроса - принимать ли ему вообще другой правовой акт и какого содержания (исключается лишь принятие акта, аналогичного признанному неконституционным), но отнюдь не следовать обязывающим предписаниям Конституционного Суда РФ относительно содержания акта.
Таким образом, как нам представляется, постановления Конституционного Суда РФ, которые согласно ч. 1 и 2 ст. 79 Закона о Конституционном Суде РФ являются окончательными, не подлежащими обжалованию, вступающими в силу незамедлительно после их провозглашения и действующими непосредственно, являются обязательными и для Федерального Собрания как представительного и законодательного органа Российской Федерации.
Любой принятый в установленном порядке и действующий законодательный и иной нормативный правовой акт изначально обладает презумпцией конституционности. Обеспечивает осуществление этой презумпции общеобязательность закона и подзаконных правовых актов.
Иное дело - обязательность решений Конституционного Суда РФ. Здесь обязательность - также правовой принцип, служащий обеспечению принципа конституционности, но не презумпции конституционности, а конституционности реальной, непосредственно установленной в результате рассмотрения конкретного нормативного правового акта или договора (их отдельных положений) в Конституционном Суде РФ.
Конституционность закономерно влечет за собой обязательность правового акта, а неконституционность означает утрату вместе с юридической силой его обязательности. Отменить действие закона и другого акта может законодатель и другой, управомоченный принимать такие акты орган государственной власти. Однако не отмену, а признание закона или подзаконного правового акта неконституционными, влекущее за собой утрату им юридической силы и обязательности, может осуществить лишь Конституционный Суд РФ.
То, что именно Конституционный Суд РФ признает неконституционность законов и подзаконных актов, ставится под сомнение В.С. Нерсесянцем. Содержащийся в ч. 6 ст. 125 Конституции РФ текст, говорящий об этом назначении Конституционного Суда РФ, В.С. Нерсесянц предложил интерпретировать следующим образом: "Акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу". Из этого должно, по его мнению, следовать, что утрата юридической силы соответствующего правового акта - это установление самой Конституции, а не Конституционного Суда, который лишь вправе признать данный акт неконституционным <1>.
--------------------------------
<1> См.: Нерсесянц В.С. Указ. соч. С. 38.
Заслуживают быть отмеченными взгляды ученого на сложную природу такого явления, как конституционность, которая определяется применительно к любому правовому акту, по его мнению, исключительно лишь самой Конституцией, ее устоями, принципами, нормами. Функция Конституционного Суда РФ, рассматриваемая с этих позиций, - это функция экспертно-аналитическая, научно-исследовательская, оценочная. Окончательный же вердикт Конституционного Суда РФ основывается на убеждении членов этого Суда, иногда лишь большинства членов, о том, что сделанный ими вывод дает действительную, объективную и полную правовую оценку соответствия либо несоответствия рассматриваемого акта Конституции РФ. Процессу такого выявления конституционности призвана способствовать конституционно-судебная процедура рассмотрения дела о конституционности. Что касается обусловленной принципом конституционности обязательности для всех законодательных и правоприменительных органов вердиктов Конституционного Суда РФ, то здесь, на наш взгляд, существует два уровня такой обусловленности: объективный и судебно-субъективный.
Предполагается, что Конституционный Суд РФ, вынося решение, абсолютно точно, с исчерпывающей убедительностью, с безупречной всесторонностью и полнотой выявляет и формулирует такое суждение относительно конституционности рассмотренного правового акта, которое максимально соответствует объективным конституционным принципам и положениям, а поэтому:
- является обязательным для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений;
- действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами. Юридическая сила постановления Конституционного Суда РФ о признании акта неконституционным не может быть преодолена повторным принятием такого же акта;
- означает, что акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают юридическую силу;
- приводит к следующему: решения судов и иных органов, основанные на признанных неконституционными актах, не подлежат исполнению и должны быть пересмотрены;
- имеет своим результатом то, что признанные несоответствующими Конституции РФ не вступившие в силу международные договоры Российской Федерации не подлежат введению в действие и применению, т.е. не могут быть ратифицированы, утверждены и не могут вступить в силу для Российской Федерации иным образом.
Таким образом, окончательность и обязательность решения Конституционного Суда РФ о конституционности правового акта сами по себе не являются критериями правовой истинности, единственной правильности решения. Но с другой стороны, признание конституционности положено в основу обязательности, окончательности и бесспорности решения Конституционного Суда РФ о конституционности этого правового акта.
Решение (постановление, определение) Конституционного Суда РФ принимается большинством голосующих за него, а следовательно, за выраженную в нем позицию, точку зрения, концепцию и т.п., судей, причем придерживающиеся иной позиции, точки зрения, концепции судьи могут высказать особое мнение, подлежащее официальному опубликованию.
Нельзя в такой же мере признавать единственно правильными и истинными приводимые в обоснование принятого Конституционным Судом решения доводы, аргументы, доказательства и т.п. Но бесспорно то, что Конституционный Суд РФ как орган государственной власти в данном конкретном случае принимает именно акт государственной власти, который, согласно ст. 6 Закона о Конституционном Суде РФ, общеобязателен на всей территории Российской Федерации. А в соответствии с требованиями ч. 6 ст. 125 Конституции РФ признанные Конституционным Судом РФ неконституционными акты и их отдельные положения утрачивают силу, не соответствующие Конституции РФ международные договоры Российской Федерации не подлежат введению в действие и применению.
В научно-практическом комментарии Конституции РФ бывший Председатель Конституционного Суда В.А. Туманов пишет, что наделение Конституционного Суда правом отмены законов (или отдельных положений законов), признанных им не соответствующими Конституции, и, соответственно, правом толкования конституционных норм - это основная функция судебного конституционного контроля <1>.
--------------------------------
<1> См.: Конституция Российской Федерации: Научно-практический комментарий. М., 1997. С. 626.
В действительности же Конституционный Суд РФ принимает решение по итогам рассмотрения дела о признании того или иного нормативного акта или договора либо отдельных их положений о соответствии или несоответствии их Конституции РФ.
Конституционный Суд РФ не правомочен, вопреки утверждению В.А. Туманова, отменять законы (или их отдельные положения) после признания их неконституционности. Именно признание нормативного акта или договора либо отдельных их положений не соответствующими Конституции РФ лишает их юридической силы. В данном случае функции судебной власти, свойственные Конституционному Суду РФ, ограничиваются рамками признания или непризнания рассматриваемых правовых актов либо частей этих актов соответствующими Конституции РФ. В случае, если признание нормативного акта неконституционным создало пробел в правовом регулировании, непосредственно применяется Конституция РФ.
По мнению бывшего заместителя Председателя Конституционного Суда РФ Т.Г. Морщаковой, Конституционный Суд РФ "наделен исключительным правом осуществлять проверку конституционности федеральных законов" <1>. По нашему мнению, и это утверждение не соответствует действительности, хотя проверочные, контрольные функции должны, казалось бы, следовать из статуса Конституционного Суда как судебного органа конституционного контроля (ст. 1 Закона о Конституционном Суде РФ).
--------------------------------
<1> Органы конституционного контроля субъектов РФ. Проблемы организации и деятельности (Научно-практический семинар). С. 127.
Тем не менее ни Конституцией РФ, ни Законом о Конституционном Суде РФ Конституционный Суд РФ не наделен исключительным правом осуществлять проверку конституционности федеральных законов. Полагаем, что полномочие по проведению проверок предполагает прежде всего возможность проводить их самостоятельно, по собственной инициативе и собственному усмотрению. Однако Конституционный Суд РФ разрешает дела о соответствии федеральных законов и других правовых актов только по запросам Президента РФ, Совета Федерации, Государственной Думы, одной пятой членов Совета Федерации или депутатов Государственной Думы, Правительства РФ, Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ, органов законодательной и исполнительной власти субъектов РФ. Кроме того, по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов Суд проверяет конституционность примененного или подлежащего применению в конкретном деле закона в установленном федеральным законом порядке.
При этом Конституционный Суд РФ при принятии решения не связан изложенными в обращении основаниями и доводами, он принимает постановления и дает заключения только по предмету, указанному в обращении, и лишь в отношении той части акта или компетенции органа, конституционность которых подвергается сомнению (ст. 74 Закона о Конституционном Суде РФ).
Взаимодействие Конституционного Суда РФ с другими судами по вопросам, касающимся проверки конституционности федеральных законов и иных нормативных правовых актов, регулируется Законом о Конституционном Суде РФ и законами об этих судах. Так, в Федеральном конституционном законе от 28 апреля 1995 г. N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации" конкретизированы полномочия Высшего Арбитражного Суда РФ, его Пленума, связанные с обращением в Конституционный Суд РФ с запросом о проверке конституционности указанных в ч. 2 ст. 125 Конституции РФ законов, иных нормативных актов, договоров, а также полномочия любого арбитражного суда, касающиеся обращения с запросом о проверке конституционности закона, примененного или подлежащего применению в рассматриваемом им деле <1>. Арбитражный процессуальный кодекс РФ (ст. 143) обязывает арбитражные суды приостанавливать производство по делу в случае невозможности его рассмотрения до принятия решения по вопросу, рассматриваемому в порядке конституционного судопроизводства <2>.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 1995. N 18. Ст. 1589.
<2> СЗ РФ. 2002. N 30. Ст. 3012.
По смыслу ст. 118 Конституции РФ конституционное судопроизводство является самостоятельным видом судопроизводства, регулируемым Законом о Конституционном Суде РФ. В конституционном судопроизводстве Российской Федерации в отличие от других государств (например, ФРГ, Италии, Австрии, Испании) не допускается использование норм гражданско-процессуального, арбитражно-процессуального, уголовно-процессуального законодательства.
Итак, Конституционный Суд РФ - это орган государственной (судебной) власти, основной конституционно-правовой механизм, созданный для осуществления функций по выявлению конституционности законов и иных правовых актов, а также по обеспечению реализации конституционных актов в Российской Федерации, в рамках конституционного судопроизводства и с соблюдением правил, установленных Конституцией РФ и Федеральным конституционным законом.
Выявляемое и закрепляемое Конституционным Судом правовое качество конституционности, как уже отмечалось, основывается на принципиальном соответствии составляющих правовую систему Российской Федерации актов Конституции РФ. Однако достижение этой цели становится возможным при том условии, что указанная деятельность Конституционного Суда РФ будет надлежащим образом увязана и скоординирована с другими органами власти, прежде всего с властью законодательной.
Так, из положений п. 3 ст. 20 Федерального закона от 22 августа 1996 г. N 125-ФЗ "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" <1>, например, следовало, что лица, занимающие должность заведующего кафедрой в государственных и муниципальных высших учебных заведениях, по достижении шестидесяти пяти лет должны были освобождаться от должности независимо от того, когда и на какой срок с ними был заключен трудовой договор (контракт). Срок пребывания в должности заведующего кафедрой мог быть продлен по представлению ученого совета высшего учебного заведения ректором в пределах последующих пяти лет - до достижения 70 лет. Если же срок пребывания в должности не продлевался, то такое лицо переводилось с его согласия на иную должность, соответствующую его квалификации, а при отказе от должности подлежало увольнению. Замещение должностей заведующих кафедрами лицами, достигшими 70-летнего возраста, не допускалось. Таким образом, один лишь факт достижения лицом установленного предельного возраста служил основанием, достаточным для освобождения его от данной должности и не требующим учета каких-либо иных обстоятельств, в том числе результатов работы кафедры и самого заведующего, его научной квалификации, состояния здоровья, деловых и личных качеств.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 1996. N 35. Ст. 4135.
Как определил Конституционный Суд в результате рассмотрения дела в Постановлении от 27 декабря 1999 г. N 19-П <1>, установление предельного возраста при замещении определенных должностей по трудовому договору (контракту) допустимо, если это ограничение обусловлено спецификой и особенностями выполняемой работы. При введении такого рода возрастных ограничений должно быть обеспечено соблюдение Конституции РФ, в том числе конституционного принципа равенства, исключающего необоснованное предъявление разных требований к лицам, выполняющим одинаковые по своему содержанию функции. В противном случае установление предельного возраста, достижение которого является основанием для освобождения от должности независимо от согласия работника, означало бы дискриминацию по возрастному признаку.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 2000. N 3. Ст. 354.
Возрастное ограничение при замещении должностей заведующих кафедрами в государственных и муниципальных высших учебных заведениях не может рассматриваться в качестве специального требования, обусловленного характером этой деятельности, особенностями данного вида труда, а сам по себе факт достижения предельного возраста не может служить достаточным основанием для освобождения от должности заведующего кафедрой или препятствовать участию в выборах на данную должность.
В силу этого Конституционный Суд РФ признал, что положения п. 3 ст. 20 Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании", предусматривающие возрастные ограничения при замещении должностей заведующих кафедрами в государственных и муниципальных высших учебных заведениях, нарушают конституционный принцип равноправия, включая равенство возможностей (ч. 1 и 2 ст. 19 Конституции РФ), и приводят к дискриминации при реализации права, закрепленного ч. 1 ст. 37 Конституции РФ.
В п. 1 резолютивной части Постановления Конституционного Суда РФ указанные положения Федерального закона были признаны не соответствующими Конституции РФ.
Представляется, однако, что Постановление Конституционного Суда РФ от 27 декабря 1999 г. N 19-П имеет то правоустанавливающее значение, которое далеко не исчерпывается рассмотренными в приведенном деле нормами ст. 20 (п. 3) упомянутого Федерального закона. Сформулированное Конституционным Судом положение о том, что конституционный принцип равенства исключает необоснованное предъявление разных требований к лицам, выполняющим одинаковые по своему содержанию функции, обязательно для законодателя и в случае разработки и принятия новых законов, затрагивающих эти вопросы, и в тех случаях, когда действующие законы продолжают нарушать конституционный принцип равенства.
В период с 1988 по 1992 г. п. 1.1 ст. 33 КЗоТ РСФСР предусматривал такое основание для увольнения работника по инициативе администрации предприятия или учреждения, как достижение им пенсионного возраста. Постановление Конституционного Суда от 4 февраля 1992 г. по делу о проверке конституционности практики расторжения трудового договора по основанию, предусмотренному п. 1.1 ст. 33 КЗоТ РСФСР, имело своим результатом отмену этого неконституционного положения (Закон РФ от 12 марта 1992 г.). Однако уже в Федеральном законе от 31 июля 1995 г. "Об основах государственной службы Российской Федерации" предусматривалось (п. 3 ст. 25) установление 60-летнего возраста для нахождения на государственной должности государственной службы при недопущении его продления служащим по достижении ими 65 лет (служащий после 65 лет мог продолжить работу на условиях срочного трудового договора).
Гарантированные Конституцией РФ принцип равенства прав и свобод, независимо, в частности, от должностного положения и других обстоятельств (к числу которых относится и возраст), и равный доступ граждан РФ к государственной службе (ч. 4 ст. 32 Конституции РФ) продолжают нарушаться законодателем.
Итак, в отношении Федерального закона, содержащего нормы, противоречащие конституционному принципу равноправия, Конституционный Суд РФ принял Постановление, восстанавливающее действие этого принципа, но в отношении другого Федерального закона (от 31 июля 1995 г. N 119-ФЗ "Об основах государственной службы Российской Федерации" <1>) и основанных на нем правовых актов подобное восстановление данного конституционного принципа может иметь место лишь в том случае, если будет соответствующее обращение с жалобой в Конституционный Суд РФ уполномоченного на то органа или лица.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 1995. N 31. Ст. 2990 (утратил силу).
Парадоксальность ситуации коренится, как уже отмечалось, в отсутствии у Конституционного Суда возможности реально осуществлять конституционный контроль, т.е. самостоятельно определять объект проверки, проявлять необходимую инициативу и т.п.
В этой связи уместно напомнить, что в силу требований ч. 1 ст. 79, ст. 80 и 87 Закона о Конституционном Суде РФ законодательный (представительный) и исполнительный органы государственной власти субъекта РФ, его высшее должностное лицо, обеспечивая неукоснительное исполнение соответствующего решения Конституционного Суда РФ в точном соответствии с его смыслом, обязаны исключить реализацию положения, признанного неконституционным и вследствие этого утратившего юридическую силу, и аналогичных ему положений других нормативных правовых актов и их использование, отменить положения других нормативных актов, основанные на нормах, которые как не соответствующие Конституции РФ признаны утратившими силу и не подлежащими применению, либо воспроизводящие их. Недопустимо также повторное принятие по сути идентичных положений. При внесении в соответствующий правовой акт изменений и дополнений в нем не могут предусматриваться предписания, которые по своему смыслу являются такими же, какие решением Конституционного Суда РФ признаны не соответствующими Конституции РФ и потому утратившими юридическую силу <1>.
--------------------------------
<1> Российская газета. 2000. 16 мая.
<< | >>
Источник: А.А. Малюшин. Конституционно-судебное правотворчество в правовом государстве. 2006

Еще по теме Глава 2. КОНСТИТУЦИОННОСТЬ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ ПО ЕЕ ВЫЯВЛЕНИЮ И РЕАЛИЗАЦИИ:

  1. Глава 1. КОНСТИТУЦИОННОСТЬ КАК ПОНЯТИЕ И ЕЕ ЗНАЧЕНИЕ В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ
  2. Глава 4. ПРАВОТВОРЧЕСТВО КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВОСУДИЯ В ПРОЦЕССЕ ВЫЯВЛЕНИЯ КОНСТИТУЦИОННОСТИ НОРМАТИВНЫХ ПРАВОВЫХ АКТОВ
  3. Глава IV. Проблемы реализации решений Конституционного Суда России
  4. Глава 4. Возможности реализации Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод в практике Конституционного Суда Республики Беларусь и национальных судов
  5. Глава 3. Конституция и международные договоры белорусского государства как основа деятельности Конституционного Суда Республики Беларусь
  6. Глава 9. КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВОТВОРЧЕСТВО В АСПЕКТЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ, СУДОВ ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ И АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ
  7. II. Правовые позиции Конституционного суда России по вопросам конституционного статуса личности
  8. 6.2. Статус судей и организация деятельности Конституционного Суда РФ
  9. I. Правовые позиции Конституционного суда России по вопросам его деятельности
  10. Раздел II. Деятельность Конституционного Суда Республики Беларусь по защите личных, политических, экономических, социальных и культурных прав и свобод
  11. Глава 6. ПРАВОТВОРЧЕСТВО КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВОСУДИЯ ПРИ РАЗРЕШЕНИИ ДЕЛ О КОНСТИТУЦИОННОСТИ ЗАКОНОВ
  12. Глава 8. ПРАВОТВОРЧЕСТВО КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВОСУДИЯ В ПРОЦЕССЕ ПРОВЕРКИ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ЗАКОНАПО ЗАПРОСАМ СУДОВ
  13. Глава 7. ПРАВОТВОРЧЕСТВО КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВОСУДИЯ В ПРОЦЕССЕ ПРОВЕРКИ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ЗАКОНА ПО ЖАЛОБАМ НА НАРУШЕНИЕ ОСНОВНЫХ ПРАВ И СВОБОД ГРАЖДАН
  14. Проблемы действия (в т.ч. прямого) и реализации конституции. Конституционные нормы
  15. Глава III. Правовые позиции и решения Конституционного Суда России в их соотношении