3. Преступления, непосредственно связанные с нарушением правил безопасности движения и эксплуатации транспорта


Преступления, предусмотренные ст. 263, 264, 265 и 271 УК, включены в данную классификационную группу в связи с тем, что они совершаются непосредственно в процессе движения, безопасность которого обеспечивается специальными правилами.
Вместе с тем они различаются по виду транспортного средства, объективной стороне и частично по особенностям субъективной стороны.
Во всех этих случаях субъектом является лицо, непосредственно управляющее транспортным средством или обязанное обеспечивать в силу исполняемой работы или занимаемой должности безопасность движения.
Одно из наиболее опасных транспортных преступлений - нарушение правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного или водного транспорта (ст. 263 УК). Оно характеризуется повышенной степенью общественной опасности, так как крушения поездов, катастрофы самолетов, столкновения крупных судов приводят к невосполнимым потерям - гибнут люди, причиняется сверхкрупный материальный ущерб*(735).
В ст. 263 УК, по существу, содержится 3 состава преступления, различающиеся между собой прежде всего по виду транспортного средства и, как следствие этого, признакам объективной стороны, поскольку безопасность движения железнодорожного, воздушного и водного транспорта регулируется различными правилами, учитывающими специфику данных видов транспорта. Такими же особенностями обусловлено и различие субъектов - например, машинист и летчик, летчик и капитан корабля, диспетчер железнодорожного депо и диспетчер аэропорта и пр.
Объединение названных составов преступлений в одной статье и теоретически и практически оправдано по следующим основаниям: во-первых, эти деяния посягают на один и тот же видовой объект; во-вторых, у них одинаковая объективная сторона, с точки зрения ее конструкции, - деяния, т.е. нарушение писаных правил предосторожности, определенные последствия и причинная связь между ними; в-третьих, субъективная сторона во всех трех случаях характеризуется неосторожной виной в виде легкомыслия или небрежности; в-четвертых, специальный субъект, т.е. лицо, во всех трех случаях обязанное обеспечивать безопасность движения определенного вида транспорта.
Непосредственным объектом преступления, предусмотренного ст. 263, является безопасность движения и эксплуатации конкретного вида транспорта.
Предмет преступления - один из перечисленных в статье видов транспорта: железнодорожный, воздушный или водный (морской и речной).
Железнодорожный транспорт - совокупность рельсовых транспортных средств (исключая трамвай), железных дорог, подъездных путей и метрополитена*(736), на которых действуют единые правила по обеспечению безопасности движения. Следовательно, в понятие "железнодорожный транспорт" включаются локомотивы, электровозы и пр., железные дороги и их отделения, железнодорожные станции, депо, дистанции, узкоколейные железные дороги, локомотивно-вагоноремонтные заводы, а также подъездные пути, предназначенные для обслуживания отдельных предприятий или организаций, которые связаны с общей сетью железных дорог непрерывной рельсовой колеей. Отсутствие такой связи исключает подъездной путь из понятия "железнодорожный транспорт". Такой подъездной путь находится во внутриведомственном подчинении.
Внутрицеховой, внутришахтный и пр. транспорт, осуществляющий производственные функции, к железнодорожному транспорту не относится, и несчастные случаи при работе этого транспорта рассматриваются как нарушение правил по технике безопасности или преступление против личности.
Воздушный транспорт есть совокупность судов гражданской авиации и иных средств воздухоплавания - самолеты, гидросамолеты, вертолеты, аэростаты, дирижабли, планеры и пр. Воздушным судном признается любой летательный аппарат, поддерживаемый в атмосфере за счет его взаимодействия с воздухом, отраженным от земной поверхности. К воздушному транспорту относятся также военные летательные аппараты. Однако нарушение правил полета таких аппаратов предусмотрено ст. 351 УК.
Водный транспорт - это все пассажирские, транспортные, научно-исследовательские, добывающие (например, рыболовные), перерабатывающие (например, плавзаводы), технические (например, кабелеукладчики), вспомогательные (например, буксиры), спасательные, спортивные и другие суда, в том числе на воздушной подушке, подводных крыльях, экранопланы.
Водный транспорт может быть морским и речным. Морской транспорт*(737) осуществляет перевозки людей и грузов, проводит научно-исследовательские и другие работы на море; речной - на водных естественных (реки, озера) и искусственных (каналы, водохранилища) путях. Водным транспортом признаются и маломерные морские и речные суда*(738).
К водному транспорту относятся также военные корабли. Однако нарушения правил вождения или эксплуатации таких кораблей квалифицируются по ст. 352 УК, как преступления против военной службы.
В Уголовном кодексе понятие "транспорт" применительно к ст. 263 не дается. Оно определяется нормативными актами, регулирующими функционирование перечисленных видов транспорта*(739).
Потерпевшими при совершении рассматриваемого преступления могут быть конкретные лица (при причинении вреда здоровью или жизни)*(740), а также предприятия, организации и пр., независимо от формы собственности (при причинении им крупного ущерба).
Объективная сторона рассматриваемого преступления предполагает:
1) нарушение правил, обеспечивающих безопасное функционирование одного из указанных выше видов транспорта;
2) наступление определенных, названных в законе общественно опасных последствий;
3) причинную связь между допущенным нарушением и наступившими последствиями.
Как уже отмечалось, диспозиция ст. 263 УК является бланкетной и отсылает к ведомственным нормативным актам, регулирующим безопасное функционирование железнодорожного, воздушного, морского и речного транспорта, а равно метрополитена. Эти нормативные акты многочисленны и разнообразны.
Основным актом, регулирующим безопасность железнодорожного транспорта, является Федеральный закон от 25 августа 1995 г. "О федеральном железнодорожном транспорте"*(741). Во исполнение этого Закона Правительством РФ был принят ряд нормативных правовых актов, обеспечивающих безопасность функционирования железнодорожного транспорта.
Основными документами, регламентирующими безопасность воздушного транспорта, являются Воздушный кодекс РФ, принятый 19 февраля 1997 г.*(742), и "Положение о Федеральной авиационной службе России", утвержденное постановлением Правительства РФ от 13 августа 1996 г.*(743)
Федеральная авиационная служба России в пределах своей компетенции разрабатывает и утверждает федеральные авиационные правила, руководства, положения и другие нормативные акты*(744).
На морском транспорте действуют международные конвенции и договоры. Например, Конвенция ООН по морскому праву от 10 декабря 1982 г.*(745); Международная конвенция об охране человеческой жизни на море 1974 г.*(746) Международный кодекс по управлению безопасной эксплуатацией судов и предотвращению загрязнения, принятый Ассамблеей Международной морской организации 4 ноября 1993 г. и введенный в действие в нашей стране в июле 1994 г.*(747)
Существует также ряд документов, регулирующих безопасность функционирования речного транспорта. Например, Устав внутреннего водного транспорта СССР, утвержденный постановлением Совета Министров СССР от 15 октября 1955 г.
В каждом конкретном случае привлечения к уголовной ответственности по ст. 263 УК необходимо устанавливать пункт (или пункты) нарушенных правил, обеспечивающих безопасность функционирования транспорта. В обвинительном заключении и приговоре факт нарушения должен излагаться со ссылкой на конкретные нормативные акты. Учитывая, что применительно к каждому виду транспорта, указанного в ст. 263 УК, имеется значительное число нормативных актов, например уставов, инструкций, приказов, целесообразно использовать, как консультативную, помощь специалистов транспортного права.
Нарушения правил безопасного функционирования транспорта могут заключатся в нарушении правил безопасности движения и правил безопасной эксплуатации.
Нарушение правил безопасности движения предполагает невыполнение или неправильное выполнение какого-либо правила, обеспечивающего безопасность движения конкретного вида транспорта (железнодорожного, воздушного, водного), а также совершение действий, запрещенных такими правилами. Например, проезд на запрещающий сигнал светофора, ошибочный ответ авиадиспетчера о наличии свободной полосы для посадки самолета, несоблюдение установленного правилами расстояния при расхождении со встречным судном и т.п.
Нарушение правил безопасной эксплуатации предполагает нарушение таких технических требований обслуживания транспорта, которые установлены с целью обеспечения безопасного его функционирования. Например, неправильное крепление груза, непринятие мер к обеспечению безопасности пассажиров при посадке и высадке, отступление от требований технического обслуживания механизмов. Так, за нарушение правил эксплуатации железнодорожного транспорта был осужден С., который, работая машинистом, решил спустить по уклону за один раз 8 платформ, груженных лесом, вместо 4, как это предусмотрено инструкцией. В результате в силу инерции поезд развил большую скорость, и платформа с лесоматериалом сошла с рельс. Находившемуся на тормозной площадке кондуктору был причинен тяжкий вред, в результате чего он скончался.
Нарушение же иных правил технической эксплуатации, не обеспечивающих безопасность его функционирования, не является транспортным преступлением (например, несоблюдение санитарных норм).
Для привлечения к ответственности по ст. 263 УК необязательно нарушение и правил безопасности движения, и правил безопасной эксплуатации транспортного средства. Достаточно констатации нарушения одного из них*(748).
Рассматриваемое преступление может быть совершено путем как действия, так и бездействия. В уголовно-правовой литературе приводились данные, согласно которым рассматриваемое преступление чаще совершается путем бездействия, когда не выполняются те или иные требования правил, обеспечивающих безопасное функционирование транспорта. На морском транспорте 31,6% нарушений были совершены путем действия; 68,4% - путем бездействия; на железнодорожном - около 66% - путем бездействия. Такое соотношение действия и бездействия определяется тем, что большинство правил, установленных в целях обеспечения безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного, морского и речного транспорта, обязывает конкретных лиц к определенному поведению.
Рассматриваемый состав преступления сконструирован законодателем как материальный, что предполагает наступление определенных, указанных в ст. 263 УК, последствий. Такими последствиями закон называет: в ч. 1 - тяжкий или средней тяжести вред здоровью человека*(749) либо крупный ущерб, в ч. 2 - смерть человека, в ч. 3 - смерть двух или более лиц.
Понятие "тяжкий и средней тяжести вред" здоровью раскрывается в ст. 111 и 112 УК. Причинение легкого вреда здоровью в результате нарушения правил безопасности движения железнодорожного, воздушного и водного транспорта ответственности по ст. 263 УК не влечет и рассматривается либо в гражданско-правовом порядке, либо как административное или дисциплинарное правонарушение.
В числе возможных последствий в ч. 1 ст. 263 УК указан крупный ущерб. Какой ущерб признается крупным, законодатель не определяет*(750). Не раскрывает он и понятие ущерба. Представляется, что в первую очередь речь должна идти о материальном ущербе, который может состоять в уничтожении и повреждении транспортных средств, перевозимого груза, дорожных сооружений, зданий, загрязнении окружающей среды и пр.
Кроме того, понятием "ущерб" охватываются и такие последствия, как непроизводительный простой вагонов или судов в течении значительного времени, существенное нарушение графика работы железнодорожного, воздушного и водного транспорта и пр. Нарушения правил безопасности движения и эксплуатации транспорта, которые повлекли незначительные повреждения грузов, транспортных средств и пр., уголовной ответственности не влекут.
Размер материального ущерба должен исчисляться из первоначально возникших вредных последствий. Все последующие действия виновного, в том числе и по возмещению материального вреда, оказанию материальной помощи пострадавшим, не имеют значения при определении размера материального ущерба, но учитываются при индивидуализации наказания.
При решении вопроса о том, является ли причиненный в результате нарушения правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного и водного транспорта ущерб крупным, учитывается лишь прямой материальный ущерб, но не упущенная выгода. Вряд ли можно согласиться с мнением о том, что неполученный доход, т.е. упущенная выгода, также составляет содержание ущерба*(751). Упущенная выгода зачастую не может охватываться предвидением лица, виновного в нарушении правил. Вместе с тем не исключено предъявление в отдельных случаях исковых требований в большем, чем причиненный ущерб, размере в порядке гражданского судопроизводства, так как гражданское законодательство допускает возможность взыскания при определенных условиях упущенной выгоды.
Причинение перечисленных в ст. 263 последствий при совершении рассматриваемого преступления должно находиться в причинной связи с нарушением соответствующих правил.
Установление причинной связи при привлечении к ответственности по ст. 263 УК иногда осложняется тем, что общественно опасные последствия возникают в некоторых случаях в результате ряда факторов, действующих одновременно, таковыми могут быть действия других лиц, действия сил природы, причины технического порядка и пр. Транспортные происшествия могут порождаться в среднем более 250 факторами*(752).
Так, при заезде паровоза на 18-й путь подгорочного парка станции для выводки неправильно сформированного вагона воспламенился разлившийся из поврежденной цистерны бензин, в результате чего был причинен значительный вред здоровью нескольких лиц. При расследовании дела было установлено, что оператор исполнительного поста станции С. нарушил ритмичность технологического процесса поездов. Маневровый диспетчер Н. не регулировал скорость движения состава на горку в зависимости от характера прохождения отцепов в стрелочной зоне, в результате чего один из вагонов был направлен с превышением скорости на 18-й путь и при этом разбил цистерну с бензином. Старший башмачник Ф. не обеспечил правильную расстановку башмаков, должное торможение вагонов, не установил характер течи вагона. Оператор распределительного поста станции К. не обеспечил надлежащего регулирования скорости надвига состава, а также режима торможения. Таким образом, наступившие последствия находились в причинной связи с нарушением соответствующих правил четырьмя лицами, выполнявшими свои служебные функции.
Специфика причинной связи в подобных случаях требует установления степени и характера участия в причинении вреда каждого из субъектов, а равно и причин технического порядка, наличие которых, если не исключает вины субъекта, должно рассматриваться как обстоятельство, смягчающее наказание.
В каждом случае происшествия на железнодорожном, воздушном и водном транспорте необходимо из ряда факторов, предшествующих и сопутствующих происшествию, выделить общественно опасное деяние, заключающееся в нарушении определенных правил, обеспечивающих безопасное функционирование транспорта*(753), затем выяснить объем и характер последствий и уже после этого рассматривать вопрос о причинной связи.
Особую сложность представляет установление причинной связи при таких нарушениях, которые выражаются в бездействии В этих случаях необходимо выяснить: 1) явилось ли бездействие лица необходимым условием наступивших последствий; 2) имело ли лицо возможность выполнить правила должным образом.
Рассматриваемое преступление признается оконченным с момента наступления указанных в законе последствий.
С субъективной стороны нарушение правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного и водного транспорта возможно только по неосторожности, о чем свидетельствует указание законодателя на неосторожное отношение к наступлению перечисленных в ч. 1, 2 и 3 ст. 263 УК последствий. Неосторожная вина может выражаться в виде как легкомыслия, когда нарушающий соответствующие правила предвидит возможность наступления указанных в законе последствий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывает на их предотвращение, так и небрежности, когда лицо не предвидит наступление указанных в законе последствий своего действия или бездействия, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть.
Отношение к самому нарушению правил при определении вида неосторожной вины значения не имеет. Однако оно должно учитываться при индивидуализации наказания, поскольку нарушение правил бывает осознанным и неосознанным. Сознательное нарушение правил является более общественно опасным. Осознанным нарушение может быть как при легкомыслии, так и при небрежности. Вместе с тем в доктрине уголовного права отмечалось: "Слова "осознанно" и "сознательно" менее точно выражают психическое отношение к содеянному, чем указание на умышленный характер нарушения. В этих словах не находит отражения волевой элемент психического отношения к нарушению правил"*(754). Однако, учитывая, что нарушение работником транспорта соответствующих правил движения и эксплуатации само по себе не имеет уголовно-правового значения, говорить об умысле или неосторожности по отношению к нарушению и отдельно к последствиям не обоснованно. Законодатель, определяя виды неосторожности, не оговаривает отношения к деянию (в рассматриваемых случаях - нарушению), так как выяснение этого вопроса на квалификацию не влияет. Факт сознательного нарушения правил повышает степень опасности личности, что и должно учитываться при назначении наказания в пределах санкции. К тому же "разрывать" субъективную сторону одного деяния на две разные формы вины вряд ли теоретически и практически оправдано.
Умышленное нарушение правил безопасности движения и эксплуатации указанных видов транспорта влечет за собой ответственность по иным статьям Кодекса, например, по статьям о преступлениях против личности или против собственности.
Субъектом преступления может быть физическое вменяемое лицо, достигшее определенного возраста. В учебной литературе обычно говорится о 16-летнем возрасте субъекта преступления, предусмотренного ст. 263 УК. Однако к управлению железнодорожным, воздушным, морским и водным транспортом (исключая маломерные суда) 16-летние не допускаются. Не могут на них возлагаться и обязанности по обеспечению безопасности движения или эксплуатации перечисленных в ст. 263 видов транспорта*(755). Следовательно, как правило, возраст субъекта рассматриваемого преступления - 18 лет. При этом фактический возраст субъекта применительно к данному составу преступления значительно выше, о чем свидетельствуют материалы судебной практики*(756).
Субъект преступления, предусмотренного ст. 263 УК, специальный: лицо, осуществляющее функции управления соответствующим видом транспорта или выполняющее работы (должности), обеспечивающие безопасность функционирования определенных его видов. Следовательно, под признаки ст. 263 подпадают нарушения правил не только лицами, управляющими транспортом (машинисты, капитаны корабля, пилоты), но и некоторыми работниками названных служб (диспетчер, наземный руководитель полетов и пр.). Так решался, например, вопрос о привлечении к ответственности по ст. 263 УК железнодорожного диспетчера, давшего неправильную команду, в результате чего на подъездных путях Казанского вокзала г. Москвы произошло столкновение двух поездов. В результате был причинен вред здоровью разной тяжести 10 человек и материальный ущерб.
В отношении нарушения правил безопасности движения воздушного судна, например, отмечалось: "Летчикам, в конечном счете, приходится отдуваться не только за собственные просчеты, но и за "проколы" многочисленных наземных служб, составляющих вместе с воздушными судами авиационную систему"*(757).
Ответственность за нарушение правил, обеспечивающих безопасность движения на железнодорожном, морском и речном транспорте, правил безопасности полетов предусмотрена и Кодексом РСФСР об административных правонарушениях. Основное разграничение уголовно наказуемого деяния и административного правонарушения проводится по субъекту. В случаях нарушения правила, не подпадающего под признаки ст. 263 УК, эти лица привлекаются к административной ответственности. То же в целом можно сказать и о воздушном транспорте. Исключение составляют такие административные правонарушения, как невыполнение правил о размещении ночных и дневных маркировочных знаков или устройств на зданиях и сооружениях и нарушение правил перевозки опасных веществ и предметов на воздушном транспорте. Более детально регламентирована в Кодексе об административных правонарушениях ответственность за нарушение правил, обеспечивающих безопасность движения водного транспорта (на море и на внутренних водных путях). При совпадении признаков субъекта нарушения соответствующих правил разграничение должно проводиться, в первую очередь, по признакам объективной стороны, характеру нарушения и наличию определенных последствий.
Ответственность за нарушения правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного и водного транспорта предусмотрена законодательством многих зарубежных стран.
Статьи, аналогичные ст. 263 УК РФ, содержатся, например, в уголовных кодексах Узбекистана (ст. 260), Кыргызстана (ст. 280), Таджикистана (ст. 211), Казахстана (ст. 295).
Весьма подробно регламентирована ответственность за рассматриваемое преступление в Уголовном кодексе ФРГ, в котором это преступление отнесено к общеопасным преступным деяниям (разд. 28). Так, согласно _ 315а, озаглавленному "Нарушение правил безопасности железнодорожного, водного и воздушного транспорта", подлежит наказанию тот, кто "...а) ведет рельсовое транспортное средство, транспортное средство подвесной дороги, судно или самолет, хотя он, находясь в состоянии алкогольного опьянения или другого одурманивающего вещества или в результате наличия у него психического или физического недостатка, не имеет возможности безопасно вести транспортное средство; б) являясь водителем такого транспортного средства или иным лицом, ответственным за безопасность, грубо нарушает обязанности, установленные в правовых нормах, регулирующих безопасность рельсового транспорта, подвесной дороги, водного и воздушного транспорта, - и тем самым угрожает жизни и здоровью другого человека или чужой вещи, имеющей значительную стоимость...". Более мягкое наказание предусмотрено за неосторожное причинение опасности.
Уголовный кодекс Польши дифференцирует ответственность за рассматриваемое преступление в зависимости от формы вины, допуская возможность его совершения умышленно (ст. 173). Кроме того, наказание зависит от того, наступили указанные в законе последствия или нет. Наказуемым признается приготовление к преступлению. Вместе с тем законодатель предусмотрел возможность чрезвычайного смягчения судом наказания, "если виновный добровольно предотвратил опасность, угрожающую жизни или здоровью многих людей" (_ 2 ст. 176). До пяти лет лишения свободы может быть наказан тот, "кто, находясь в состоянии опьянения или под воздействием одурманивающего средства, выполняет работу, связанную с обеспечением безопасности движения:" (ст. 180).
Законодательство многих стран предусматривает более суровое наказание за совершение рассматриваемого преступления в состоянии опьянения либо под воздействием одурманивающих веществ. В российской уголовно-правовой доктрине предлагалось признать состояние опьянения отягчающим обстоятельством при транспортных преступлениях*(758).
Нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств (ст. 264 УК) - наиболее распространенное транспортное преступление. Высокая степень его опасности определяется тем, что лицо, имеющее дело с источником повышенной опасности, не выполняет должным образом правила, обеспечивающие безопасное его функционирование (движение и эксплуатацию), в результате чего причиняется вред здоровью и жизни людей. Именно поэтому 10 декабря 1995 г. был принят Федеральный закон "О безопасности дорожного движения"*(759), определивший правовые основы обеспечения безопасности дорожного движения.
Непосредственный объект преступления - безопасность функционирования указанных в законе транспортных средств. В качестве второго дополнительного объекта выступают жизнь и здоровье, так как нарушение правил движения, не повлекшее причинение вреда жизни или здоровью человека, относится к административным правонарушениям.
Предметом преступления являются автомобили, трамваи и другие механические транспортные средства, под которыми понимаются троллейбусы, а также трактора и иные самоходные машины, мотоциклы и иные механические транспортные средства (примечание к ст. 264 УК). Следовательно, под транспортными средствами законодатель понимает несколько видов транспорта: любые автомобили - легковые и грузовые, для перевозки грузов и пассажиров (в том числе автобусы), специального назначения (например, пожарные, санитарные, гоночные); трамваи, представляющие собой рельсовый городской электротранспорт, предназначенный в основном для перевозки пассажиров.
К другим механическим транспортным средствам относятся: троллейбусы - городской безрельсовый транспорт с электрической тягой; мотоциклы - двух- или трехколесное транспортное средство с двигателем внутреннего сгорания (с объемом двигателя свыше 49,8 куб. см); самоходные машины - специальные механизмы, предназначенные для выполнения различных работ (строительных, дорожных, погрузочных и пр.) и оборудованные автономным двигателем, что позволяет им самостоятельно передвигаться, например к месту работы. К числу самоходных машин относятся трактора, автокраны, скреперы, грейдеры, экскаваторы и др.
В примечании к ст. 264 УК не дается исчерпывающего перечня механических транспортных средств. Следовательно, к таковым могут быть отнесены любые механические транспортные средства с объемом двигателя не менее 49,8 куб. см и способные развивать скорость не менее 40 км/ч.
Некоторые разногласия в уголовно-правовой литературе имеются в отношении мопедов. Одни авторы считают мопеды механическим транспортом*(760), другие - нет*(761). Мопед*(762), по существу, представляет собой велосипед с двигателем внутреннего сгорания объемом 49,8 куб. см и педальным цепным приводом заднего колеса. Поэтому к числу иных механических транспортных средств, о которых говорится в примечании к ст. 264 УК, мопед не относится, как не относится к ним и велосипед с подвесным двигателем. Причинение вреда здоровью человека в случае нарушения правил движения при управлении мопедом или велосипедом транспортным преступлением не является и влечет ответственность по статьям о преступлениях против личности либо по ст. 268 УК.
Под признаки ст. 264 УК не подпадает нарушение Правил дорожного движения при управлении боевыми, специальными или транспортными машинами, например, Министерства обороны РФ, МВД России. Нарушение правил вождения этих машин военнослужащими рассматривается как преступление против военной службы и квалифицируется по ст. 350 УК.
Объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 264 УК, заключается:
1) в нарушении правил дорожного движения или эксплуатации лицом, управляющим одним из перечисленных ранее видов механических транспортных средств;
2) в наступлении таких последствий, как причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, смерть одного или нескольких лиц;
3) в наличии причинной связи между фактом нарушения и наступившими вредными последствиями.
Диспозиция ст. 264 УК является бланкетной и отсылает прежде всего к Правилам дорожного движения Российской Федерации, утвержденным постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 г. N 1090 с последующими изменениями и дополнениями*(763). Вместе с тем правила эксплуатации транспорта, отдельные особенности перевозок грузов могут регулироваться и другими нормативными актами. К ним относятся, например, Основные положения по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденные постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 г.*(764); Положение об обеспечении безопасности дорожного движения в предприятиях, учреждениях, организациях, осуществляющих перевозки пассажиров и грузов, утвержденное приказом Министерства транспорта РФ от 9 марта 1995 г. N 27*(765).
Нарушение правил, обеспечивающих безопасное функционирование транспорта, выражается в нарушении правил безопасности движения и правил, обеспечивающих безопасность эксплуатации транспортных средств.
Правила безопасности движения и частично правила безопасности эксплуатации транспорта предусмотрены Правилами дорожного движения. Некоторые правила безопасности эксплуатации регулируются, как уже отмечалось, и иными нормативными документами.
Правила безопасности движения установлены в целях обеспечения безопасности управления транспортным средством в процессе его движения, т.е. с момента трогания с места и до полной остановки. Так, нарушением правил безопасности движения являются, например, выезд на встречную полосу движения, несоблюдение требуемого скоростного режима на определенных участках дороги, нарушения правил обгона и пр.
Правила безопасности эксплуатации транспортных средств - это совокупность мер, обеспечивающих надлежащее техническое состояние транспорта и соблюдение установленных правил его эксплуатации. Их нарушение может, например, выразиться в поездке на технически неисправной автомашине, в перевозке людей на транспорте, для этого не предназначенном.
В литературе поднимался вопрос о том, в чем заключается рассматриваемое преступление: в одновременном нарушении правил безопасности и движения, и эксплуатации или для привлечения к ответственности достаточно нарушения только правил безопасности эксплуатации. Этот вопрос возник в связи с тем, что по делу О. прокурор внес протест о переквалификации деяния по статьям о преступлениях против личности на том основании, что О. нарушил только правила эксплуатации транспортного средства, не нарушив при этом правил движения. Верховный Суд РФ протест отклонил, указав, что ответственность за автотранспортное преступление наступает за нарушение как правил эксплуатации, так и правил движения.
В доктрине уголовного права предлагалось исключить из диспозиции рассматриваемой нормы указание на нарушение правил эксплуатации транспортных средств и квалифицировать причинение вреда личности при их нарушении по статьям о преступлениях против личности*(766). Однако это мнение не нашло поддержки. Как уже отмечалось, правила эксплуатации установлены не только в Правилах дорожного движения, но и в некоторых других документах, учитывающих специфику транспортных средств и характер их работы. В тех случаях, когда нарушение этих правил ставит под угрозу безопасность движения, в результате чего наступают указанные в законе последствия, объектом, в первую очередь, является безопасность движения, а не личность. Нарушение же правил технической эксплуатации и иных правил предосторожности, например, при ремонте, заправке горючим, производстве погрузочно-разгрузочных и других работ, посягает на жизнь и здоровье личности, на безопасные условия труда, а не на безопасное функционирование транспорта.
Так, П. находился на закрепленной за ним машине на территории базы передвижной механизированной колонны. Заведующая складом попросила его с помощью автомашины подтолкнуть ближе к складу стоявший на путях железнодорожный вагон. П. подъехал к вагону и с помощью бревна длиной 2 м 40 см, которое держали грузчики В. и Ф., подавая назад машину, попытался сдвинуть вагон. В этот момент бревно упало на землю, и кузовом автомашины, которая продолжала движение, грузчик В. был прижат к вагону и скончался на месте. Действия П. были квалифицированы по ч. 1 ст. 211 УК 1960 г. (ст. 264 УК 1996 г.). Однако машина в данном случае использовалась не как транспортное средство, и П. допустил нарушение правил при выполнении разгрузочных работ. Если бы П. был должностным лицом, его могли бы привлечь к ответственности по ст. 140 УК 1960 г. (ст. 143 УК 1996 г.) за нарушение правил охраны труда. При данных обстоятельствах действия П. были переквалифицированы на статью, предусматривающую ответственность за неосторожное лишение жизни.
Для привлечения виновного к ответственности по ст. 264 УК следует установить факт нарушения правил, непосредственно связанных с обеспечением безопасности движения или эксплуатации. Ответственность возможна, если указанные в законе последствия наступили в результате нарушения конкретного пункта Правил дорожного движения или иного нормативного акта. Отсутствие указания на конкретный пункт нарушенных правил, так же как и ссылка на общие правила предосторожности, влечет прекращение дела по ст. 264 УК. Так, было прекращено дело М. (сбил пешехода) вследствие того, что в обвинительном заключении и приговоре отмечалось такое нарушение Правил дорожного движения, как вовремя не остановился и не предотвратил столкновения, без указания конкретного их пункта.
Нарушение правил безопасности функционирования транспортных средств, перечисленных в ст. 264 УК, может совершаться путем как действия, так и бездействия. В доктрине уголовного права отмечалось, что чаще всего эти преступления совершаются путем бездействия, когда лицо, управляющее транспортным средством, не выполняет определенные правила, которые вменяются ему в обязанность соответствующими актами. Однако выделить в чистом виде бездействие при управлении транспортным средством крайне трудно, так как зачастую имеет место смешанное бездействие. Например, лицо, управляя неисправным транспортным средством, знало о его неисправности.
Вторым обязательным признаком преступления, предусмотренного ст. 264 УК, являются указанные в законе последствия: это причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью (ч. 1), смерть человека (ч. 2) и смерть двух или более лиц (ч. 3)*(767). Понятия тяжкого и средней тяжести вреда здоровью даны в ст. 111 и 112 УК.
В тех случаях, когда в результате нарушения лицом, управляющим транспортным средством, правил безопасности движения и эксплуатации транспорта наступили последствия, предусмотренные разными частями ст. 264 УК, действия должны квалифицироваться только по той части, которая предусматривает ответственность за наиболее тяжкие последствия.
По совокупности преступлений деяния с различными последствиями могут квалифицироваться, если они совершены в разное время и наступившие последствия являлись результатом нескольких взаимно не связанных нарушений правил безопасности движения и эксплуатации транспортных средств*(768).
Третьим обязательным признаком объективной стороны преступления, предусмотренного ст.
264 УК, является причинная связь между нарушением правил, обеспечивающих безопасное функционирование транспорта, и наступлением указанных в законе последствий. Установление причинной связи при совершении транспортных преступлений представляет значительную сложность. Наибольшее количество ошибок при квалификации транспортных преступлений - это ошибки в причинной связи (приблизительно каждое третье дело среди отмененных приговоров).
Так, О. осужден за нарушение Правил дорожного движения, повлекшее смерть человека. Следуя по улице пос. Малаховка во время движения задним ходом с одной улицы на другую в нарушение запрещающего это делать пункта Правил дорожного движения, О. не принял всех мер предосторожности и совершил наезд на пересекавшую дорогу М., причинив ее здоровью легкий вред. Однако в результате этого повреждения у М. возникли воспаление, некроз ткани правого бедра и сепсис, от которого она умерла в больнице. По заключению экспертизы причинная связь между причиненным О. повреждением и возникшим впоследствии воспалением налицо, но она не прямая, так как основное значение для неблагоприятного исхода имело предшествующее травме состояние травмированной конечности вследствие гипертонической болезни. Отсутствие прямой причинной связи должно влечь за собой прекращение дела. Ответственность по ст. 264 УК возможна лишь в случае, когда допущенное нарушение Правил дорожного движения или эксплуатации транспорта причинно связано с наступлением последствий, предусмотренных этой статьей.
Установление прямой причинной связи по делам о транспортных преступлениях представляет зачастую особую сложность, поскольку последствия таких преступлений подчас являются результатом взаимодействия нескольких участников дорожного движения, нарушения частично обусловлены состоянием дороги или средств, обеспечивающих безопасность движения, особенностями погоды и пр. Часто сопричинителем последствий транспортных происшествий выступает сам потерпевший*(769). Вина пешехода не исключает ответственности лица, управляющего транспортным средством, если им были нарушены Правила дорожного движения, что повлекло в совокупности с поведением потерпевшего причинение указанных в ст. 264 УК последствий. При отсутствии нарушений Правил дорожного движения ответственность водителя должна быть исключена.
Так, М. был осужден к пяти годам лишения свободы за нарушения Правил дорожного движения. Его признали виновным в том, что он ехал через перекресток с повышенной скоростью и сбил перебегавшего улицу несовершеннолетнего Б., который от полученного ранения скончался.
Приговор был отменен по протесту прокурора, и при следующем рассмотрении дела было установлено следующее. М. проезжал через перекресток с дозволенной на этом участке дороги скоростью. Навстречу ему двигалась грузовая машина. Неожиданно сзади встречной машины на расстоянии 1,4 м выбежал подросток Б. М. резко затормозил машину и повернул ее вправо, однако предотвратить наезд не смог, и Б. ударился о левую переднюю часть автомашины. Согласно заключению дорожно-транспортной экспертизы, в сложившихся дорожных условиях у М. не было технической возможности предотвратить наезд, и дело было прекращено.
Нарушение Правил дорожного движения одним из водителей не освобождает других водителей от обязанности принять зависящие от них меры для предотвращения аварии*(770). Однако водитель не может нести ответственность за аварию, вызванную неправильными действиями другого водителя или аварийным состоянием дороги при отсутствии нарушения им Правил дорожного движения.
При характеристике объективной стороны преступления определенное значение имеет такой ее факультативный признак, как место его совершения. Законодатель не включил его в число обязательных признаков состава преступления, предусмотренного ст. 264 УК. Однако в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 6 октября 1970 г. говорится, что ответственность за рассматриваемое преступление "наступает независимо от места, где было допущено нарушение правил безопасности движения и эксплуатации транспортных средств, например, на шоссе, улице, железнодорожном переезде, во дворе, на полевых работах, при движении на территории предприятия" (п. 6)*(771).
В доктрине уголовного права это разъяснение вызвало возражения. Отмечалось, что на территории предприятия Правила дорожного движения могут не действовать. Это касается, например, внутрицехового транспорта (автокранов, автокаров), безопасность работы которого регламентируется отраслевыми правилами техники безопасности*(772). Однако представляется, что даже при таких обстоятельствах определяющим квалификацию должен служить характер работы. Так, перемещение внутри предприятия самоходного автокрана к месту его работы с нарушением правил безопасности движения может влечь за собой квалификацию по ст. 264 УК в случае причинения указанных в законе последствий. Причинение того же вреда в процессе осуществления этим краном производственного процесса является нарушением правил по технике безопасности или преступлением против личности.
Наиболее распространенным нарушением Правил дорожного движения являются наезды на пешеходов и велосипедистов. Так, в 1995 г. они составили в Москве более 61% от общего числа дорожных происшествий. Приблизительного такое же положение имело место и в последующие годы.
Время совершения дорожно-транспортного происшествия также относится к числу факультативных признаков объективной стороны. Однако его установление важно для разработки профилактических мероприятий. Самый высокий уровень аварийности из года в год отмечается в июне-октябре с максимумом в августе. Наибольшее количество ДТП приходится на период от 11 до 18 часов (37,6%) и с 18 до 22 часов (26,3%)*(773).
Субъективная сторона транспортных преступлений характеризуется неосторожной виной, которая может быть в виде как легкомыслия, так и небрежности. При легкомыслии виновный предвидит возможность наступления общественно опасных последствий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывает на их предотвращение. При небрежности лицо не предвидит наступление общественно опасных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть. При легкомыслии виновный может надеяться на свой опыт, стаж работы, надежность техники и другие объективно существующие обстоятельства, хотя обязанность предвидеть последствия и не допустить их возложена на него правилами безопасности движения. При небрежности он не сознает возможности аварии. При этом как при легкомыслии, так и при небрежности нарушение правил, обеспечивающих безопасность движения, может быть осознанным и неосознанным. Теоретически неоправданно устанавливать различные формы вины в отношении деяния и его последствий. Так, в одном из учебников утверждается, что "сами правила дорожного движения и эксплуатации транспортных средств могут быть нарушены как неосторожно, так и умышленно"*(774). Закон не требует при совершении неосторожных преступлений установления формы вины в отношении деяния в материальных составах преступления. В нем говорится об осознанности опасности своего поведения лишь при умышленных преступлениях. В неосторожных же преступлениях, согласно закону, учитывается лишь возможность осознания наступления общественно опасных последствий.
Умышленное нарушение правил безопасности функционирования транспорта, повлекшее указанные в ст. 264 УК последствия, к числу транспортных преступлений не относится. Это преступление против личности, собственности и пр. в зависимости от направленности умысла и наступивших последствий.
Не является преступлением такое нарушение правил безопасности функционирования транспорта, при котором лицо, управляющее транспортным средством, не должно и не могло предвидеть наступление указанных в ст. 264 УК последствий. Здесь имеет место невиновное причинение вреда (казус).
Мотив нарушения правил безопасности движения и эксплуатации транспорта на квалификацию не влияет. Им чаще всего бывает стремление проявить удаль, лихачество, пренебрежительное отношение к таким правилам. Иногда мотивом является производственная необходимость, как ее понимает виновный. Учет характера побуждений лица, толкнувших его на нарушение правил, имеет большое значение при индивидуализации наказания.
Субъектом рассматриваемого преступления может быть вменяемое, достигшее 16 лет лицо, управляющее одним из видов транспортных средств, перечисленных в ст. 264 УК. В некоторых случаях фактический возраст бывает выше, так как к управлению отдельными видами транспорта допускаются только лица более старшего возраста (например, трамваем).
При квалификации содеянного по ст. 264 УК не имеет значения, были ли у гражданина водительские права или нет, закреплено ли за ним транспортное средство по работе или является частной собственностью (в том числе и его), допустил ли он нарушение во время исполнения служебных обязанностей либо во внерабочее время.
Существенным признаком субъекта преступления, предусмотренного ст. 264 УК, является то, что во время совершения такового он управлял транспортным средством. Так, Верховный Суд РФ отменил приговор по делу Б., указав, что субъектом преступления, предусмотренного ст. 264 УК, может быть только лицо, управляющее транспортным средством. Обстоятельства этого дела таковы: Б-ин подъехал на автомашине к зданию и вышел из машины. Затем он крикнул Б., находившемуся в машине на месте рядом с водительским, чтобы тот повернул ключ зажигания и прогрел машину. Б., не проверив, находится ли рычаг переключения скоростей в нейтральном положении или автомобиль стоит на ручном тормозе, повернул ключ зажигания, в результате чего машина резко дернулась и поехала назад, придавив Б-на, который скончался. Б. был осужден по ч. 2 ст. 264 УК*(775). Ошибка суда вызвана неправильным определением признаков субъекта, которым может быть только лицо, управляющее транспортным средством и допустившее нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспорта в процессе движения.
Таким образом, субъект рассматриваемого преступления - специальный.
В практике имели место случаи неправильной квалификации действий лиц, управляющих учебной машиной с двойным управлением. Так, курсант С. выехал с инструктором Г. для практической езды на учебной автомашине ГАЗ-51. В процессе поездки в кузов необорудованной машины с разрешения Г. сели трое граждан. Следуя со скоростью 67,5 км/ч, С. на крутом спуске не справился с управлением, растерялся, а Г. не принял своевременных мер к предотвращению аварии, в результате чего автомашина перевернулась. Один из пассажиров скончался, а двум другим были причинены телесные повреждения. С. и Г. были осуждены по ч. 2 ст. 211 УК 1960 г. (ч. 2 ст. 264 УК 1996 г.).
Позднее дело С. прекратили по следующим основаниям: хотя С. находился за рулем (до этого с ним было проведено всего два занятия), однако учебной машиной, оборудованной двойным управлением, фактически управлял инструктор Г., который был обязан своевременно выключить сцепление и затормозить машину. Однако Г. в нарушение Правил дорожного движения посадил в кузов не оборудованной для перевозки людей машины трех пассажиров, производил учебную езду на дороге со сложными условиями движения и не выполнил требования Правил о внимательном наблюдении за дорожной обстановкой и своевременном принятии мер к снижению скорости и остановке транспорта*(776).
Ответственность за нарушение правил безопасности движения и эксплуатации транспортных средств предусмотрена законодательством большинства зарубежных стран.
В уголовных кодексах Узбекистана (ст. 266), Кыргызстана (ст. 281), Таджикистана (ст. 212), Казахстана (ст. 296) рассматриваемый состав преступления сконструирован так же, как в Кодексе РФ, за исключением некоторых квалифицирующих это деяние признаков. Например, в ч. 3 ст. 266 УК Узбекистана в качестве особо квалифицирующих признаков предусмотрены: а) человеческие жертвы; б) катастрофы; в) иные тяжкие последствия.
Уголовный кодекс Литвы отягчающим обстоятельством нарушения правил безопасности движения и эксплуатации транспорта признает совершение его в состоянии опьянения (ст. 246). Кроме того, в Кодексе имеется самостоятельная статья об ответственности водителя трактора или другой самоходной машины за нарушение правил безопасности производства работ, повлекшее причинение определенного вреда личности или собственности (ст. 247). Наличие такой статьи позволяет четко разграничить нарушения соответствующих правил водителями самоходных машин при их движении и при использовании для производства специальных работ.
Уголовный кодекс ФРГ нарушением правил безопасности движения (_ 315с) признает, во-первых, управление транспортом лицом в состоянии алкогольного опьянения или под воздействием другого одурманивающего средства, а также лицом, имеющим психический или физический недостаток, лишающий его возможности безопасно вести транспортное средство; во-вторых, непредоставление права преимущественного проезда, нарушение правил обгона, неправильное движение по пешеходным дорожкам, превышение допустимой скорости движения, несоблюдение правил правостороннего движения на участках дороги с пониженной видимостью, неправильный разворот на автобанах или улицах, отсутствие обозначения стоящих или останавливающихся транспортных средств, вследствие чего они становятся плохо видимыми. Такие нарушения признаются умышленными и влекут за собой при наличии угрозы жизни или здоровью другого человека или чужой вещи, имеющей значительную стоимость, наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет или денежный штраф. Более легкое наказание предусмотрено за неосторожное поставление в опасность или неосторожное деяние. Таким образом, в перечне _ 315с УК ФРГ нашли отражение наиболее опасные и частые нарушения правил безопасности движения.
В Уголовном кодексе Польши в гл. XXI "Преступления против безопасности движения" также предусмотрена ответственность за умышленное нарушение правил безопасности движения сухопутного транспорта, если такое нарушение угрожает жизни или здоровью многих людей либо имуществу в больших размерах (ст. 173, _ 1). Наказание зависит от того, действовал ли виновный умышленно или неумышленно, от тяжести последствий. Наказание в соответствии со ст. 178 назначается за указанное преступление в размере до верхнего предела, установленного в санкции наказания, увеличенного наполовину.
Более строгая ответственность за управление автомобилем или мотоциклом лицом, находящимся под влиянием токсических, наркотических или психотропных веществ, а равно алкогольных напитков, предусмотрена законодательством Испании.
Детально регламентирована ответственность за транспортные преступления в Дорожном кодексе Франции.
В доктрине российского уголовного права неоднократно высказывалось пожелание предусмотреть в статье об ответственности за нарушение правил безопасности движения и эксплуатации транспортных средств такое отягчающее наказание обстоятельство, как совершение нарушения в состоянии опьянения*(777).
Оставление места дорожно-транспортного происшествия (ст. 265 УК). Эта статья является новеллой в Уголовном кодексе 1996 г. Она предусматривает ответственность лица, управляющего транспортным средством, нарушившего Правила дорожного движения и покинувшего вопреки этим правилам место происшествия, несмотря на то, что имелся пострадавший (или пострадавшие).
По Уголовному кодексу 1960 г. действия водителя, не оказавшего без уважительных причин помощь потерпевшему в результате аварии на месте дорожно-транспортного происшествия, квалифицировались по ст. 211 и по ч. 2 ст. 127 (заведомое оставление без помощи лица, находящего в опасном для жизни состоянии, лицом, поставившим потерпевшего в такое состояние). Если же водитель не был виновен в дорожно-транспортном происшествии, но жизнь или здоровье потерпевшего были поставлены под угрозу в результате происшествия с управляемым им транспортным средством, то неоказание потерпевшему помощи также влекло за собой ответственность по ч. 2 ст. 127*(778).
Как показали исследования, более 99% дел по ч. 2 ст. 127 УК 1960 г. были возбуждены в отношении лиц, управлявших транспортным средством и оставивших потерпевших на месте происшествия без помощи.
Из состава оставления в опасности (ст. 125 УК 1996 г.) законодатель выделил самостоятельный состав (ст. 265), ограничив круг субъектов лицами, нарушившими правила безопасности движения, и отнес это деяние к числу транспортных преступлений.
Объектом преступления в доктрине уголовного права единодушно называют либо общественную безопасность*(779), либо общественные отношения по поводу обеспечения безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств*(780), либо безопасные условия дорожного движения и эксплуатации транспортных средств*(781).
Как нам представляется, оставление места дорожно-транспортного происшествия не посягает на безопасность движения транспорта. Статья 265 УК помещена в главу "Транспортные преступления" потому, что, во-первых, при оставлении места дорожно-транспортного происшествия нарушаются Правила дорожного движения; во-вторых, характеризует посткриминальное поведение лица, виновного в аварии; в-третьих, применяется только в совокупности со ст. 264 УК и, следовательно, учитывается, по существу, как квалифицирующий признак этого деяния.
Таким образом, безопасность движения выступает в качестве объекта рассматриваемого преступления постольку, поскольку речь идет о дорожно-транспортном правонарушении, явившемся результатом нарушения Правил дорожного движения. Само же оставление места дорожно-транспортного происшествия посягает на личность. В этих случаях водитель, нарушивший Правила дорожного движения и поставивший потерпевшего в опасное для жизни и здоровья положение, не выполняет возложенной на него правовой обязанности оказания такому лицу помощи.
В соответствии с положениями Общей части Кодекса о поощрении позитивного посткриминального поведения данная статья призвана способствовать снижению тяжести последствий дорожно-транспортных происшествий*(782).
В литературе справедливо отмечалось, что это деяние "заслуживает уголовного наказания отнюдь не за создание опасности для движения или эксплуатации транспорта, а за попытку виновного скрыться от ответственности"*(783).
С объективной стороны преступление заключается в том, что лицо, управляющее транспортным средством, без разрешения работника Государственной инспекции по безопасности дорожного движения (ГИБДД) или милиции покидает после совершенной им аварии место дорожно-транспортного происшествия, несмотря на необходимость оказания помощи потерпевшему и имеющуюся возможность такую помощь оказать. При дорожно-транспортном происшествии причастный к нему водитель обязан в соответствии с п. 2.5 Правил дорожного движения немедленно остановить транспортное средство, включить аварийную световую сигнализацию и выставить знак аварийной остановки. Пункт 7.2 Правил обязывает такого водителя принять возможные меры для оказания доврачебной медицинской помощи пострадавшему, вызвать "Скорую медицинскую помощь", а в экстренных случаях отправить пострадавшего на попутном, а если это невозможно, то на своем транспортном средстве в ближайшее лечебное учреждение.
В уголовно-правовой литературе высказываются различные мнения относительно водителей, не нарушивших Правил дорожного движения, но ставших очевидцами аварий и сознающих необходимость оказания помощи потерпевшему. Одни авторы полагают: "Не содержит состава данного преступления и оставление места ДТП его участником, не нарушившим Правил дорожного движения"*(784); другие считают, что "при отсутствии с его (водителя) стороны вины в создании уголовно наказуемой обстановки ДТП, содеянное им, квалифицируется лишь по ст. 265 УК, если окажутся налицо все иные признаки состава этого преступления"*(785). Хотелось бы сразу отметить нереальность подобной ситуации, поскольку в ст. 265 говорится о лице, нарушившем Правила дорожного движения, в результате чего наступили указанные в ст. 264 УК последствия. Наконец, согласно третьему мнению, если последствия наступили "в результате виновных действий потерпевшего либо других лиц, а водитель оставил место происшествия, не оказав помощи потерпевшему, то содеянное им может быть квалифицировано по ст. 125 УК"*(786) (оставление в опасности). Эта точка зрения соответствует разъяснению Пленума Верховного Суда СССР, данному в постановлении от 6 октября 1970 г. "О судебной практике по делам об автотранспортных преступлениях". Согласно п. 5 этого постановления "если водитель не был виновен в преступном нарушении указанных правил, но жизнь или здоровье потерпевшего были поставлены под угрозу в результате происшествия с управляемым им транспортным средством, то невыполнение водителем обязанности по оказанию помощи потерпевшему влечет ответственность по ч. 2 ст. 127 УК РСФСР (ст. 125 УК РФ)"*(787). Как видим, Пленум говорит об ответственности за неоказание помощи потерпевшему тех водителей, которые Правила дорожного движения не нарушили, но ДТП произошло с управляемым им транспортным средством (например, при нарушениях со стороны других участников движения, при наличии вины потерпевшего).
Представляется, что водитель, не нарушивший Правил дорожного движения, не подлежит ответственности ни по ст. 125, ни тем более по ст. 265 УК. В ст. 125 говорится о лице, поставившем потерпевшего в опасное для жизни или здоровья состояние. Однако лицо, соблюдающее Правила дорожного движения, никого не ставит в опасное состояние. Следовательно, в таких случаях отсутствует один из обязательных признаков субъекта. Водитель, не нарушивший Правила дорожного движения, но и не оказавший помощи пострадавшим в аварии, совершает административное правонарушение.
В тех случаях, когда водитель транспортного средства, нарушивший Правила дорожного движения, не имел возможности оказать помощь пострадавшему вследствие полученной им самим травмы или иных уважительных причин, его ответственность исключается.
Оставление места дорожно-транспортного происшествия квалифицируется по ст. 265 УК только при наступлении таких последствий, как тяжкий или средней тяжести вред здоровью потерпевшего, смерть одного или более лиц. Эти последствия предусмотрены в ст. 264 УК, и диспозиция ст. 265 УК в части последствий отсылает именно к этой статье. Они являются, в первую очередь, последствием нарушений Правил дорожного движения. Прямая причинная связь между оставлением места дорожно-транспортного происшествия и указанными в ст. 264 УК последствиями отсутствует. Наступление последствий, предусмотренных в ст. 264 УК, означает, что такое преступление, как нарушение Правил дорожного движения, окончено. И только после этого может быть совершено преступление, предусмотренное ст. 265 УК. Само по себе оставление места происшествия последствий, влияющих на квалификацию содеянного, не влечет. Ссылка на ст. 264 УК относительно последствий означает, что, если при дорожно-транспортном происшествии причиняется только материальный ущерб или легкий вред здоровью потерпевшего, оставление места происшествия даже при наличии вины водителя уголовной ответственности не влечет. Следовательно, состав преступления, предусмотренный ст. 265 УК, сконструирован законодателем как состав формальный, совершаемый путем бездействия, поскольку виновный в ДТП не выполняет возложенной на него правовой обязанности.
Такой факультативный признак объективной стороны, как место совершения преступления, включен законодателем в качестве обязательного признака рассматриваемого состава преступления. Местом в этом случае является используемая для дорожного движения территория, ограниченная пределами происшествия.
Преступление окончено с момента оставления места дорожно-транспортного происшествия при условии, что до этого лицо, управляющее транспортным средством, совершило преступление, предусмотренное ст. 264 УК.
По вопросу о субъективной стороне деяния в доктрине уголовного права высказываются различные точки зрения. Как полагают одни авторы, оставление места дорожно-транспортного происшествия является преступлением умышленным, совершаемым с прямым умыслом*(788); другие - неосторожное отношение к последствиям, предусмотренным ст. 264 УК, характеризует рассматриваемое преступление как неосторожное*(789); третьи - в отношении факта оставления места дорожно-транспортного происшествия имеет место прямой умысел, а в отношении последствий - неосторожность*(790); четвертые - "фактически лицо, оставляющее место ДТП, может желать или допускать наступление указанных последствий. В таком случае его вина умышленная. Но оно может причинять эти последствия путем оставления места ДТП и по неосторожности"*(791).
Наиболее правильной представляется первая точка зрения. Рассматриваемое преступление совершается с прямым умыслом - лицо сознает, что Правила дорожного движения обязывают его остановиться в связи с совершением дорожно-транспортного происшествия, однако желает их нарушить, чтобы не быть привлеченным к ответственности. Отношение к последствиям не определяет субъективную сторону деяния, так как не находится в прямой причинной связи с оставлением места происшествия. Водитель может понимать серьезность аварии, может полностью этого не сознавать, но в любом случае ответственность его по ст. 265 УК определяется признаками состава преступления, предусмотренного ст. 264, так как отсутствие хотя бы одного из признаков этого состава исключает и возможность привлечения к ответственности по ст. 265. Очевиден и мотив преступления, хотя он и остается факультативным признаком данного состава преступления. Это стремление виновного лица избежать ответственности за совершенное преступление.
Субъект преступления специальный - это лицо, управляющее транспортным средством и нарушившее Правила дорожного движения, что явилось причиной дорожно-транспортного происшествия, повлекшего причинение указанных в законе последствий. В отличие от субъекта преступления, предусмотренного ст. 264 УК, в данном случае субъект вторично нарушает Правила дорожного движения, покидая место аварии.
В законодательстве отдельных зарубежных стран также предусмотрена ответственность за оставление места дорожно-транспортного происшествия.
Так, в ст. 297 УК Казахстана, аналогичной ст. 265 УК РФ, содержится следующее примечание: "лицо, оставившее место дорожно-транспортного происшествия в связи с оказанием помощи пострадавшим, освобождается от уголовной ответственности по этой статье".
Уголовный кодекс ФРГ также устанавливает ответственность за "незаконное оставление места дорожно-транспортного происшествия" (_ 142). Это преступление не рассматривается как транспортное и поэтому _ 142 помещен в разд. 7 УК "Преступные деяния против общественного порядка". В этой норме предусмотрена ответственность участника дорожно-транспортного происшествия*(792), который скрылся с места происшествия, прежде чем "оно сделало возможным установить свою личность, принадлежность транспортного средства и степень своего участия в дорожно-транспортном происшествии посредством своего присутствия".
В данном случае охраняемым правовым благом являются "исключительно гражданско-правовые интересы участников дорожно-транспортного происшествия, связанных с выдвижением им претензий по возмещению вреда. Поэтому, по мнению германских правоведов, это преступление является имущественным деликтом абстрактной опасности"*(793). Нарушение правил международных полетов (ст. 271 УК). Статья об ответственности за данное преступление в Уголовном кодексе 1996 г. сохранена без изменений*(794). Нарушение правил международных полетов создает угрозу безопасности международного воздушного движения. Поэтому объектом преступления является установленный порядок международных полетов (например, соблюдение определенной высоты полета, мест посадки), обеспечивающий безопасность движения воздушного транспорта.
Предметом преступления выступают пилотируемые воздушные транспортные средства, независимо от их принадлежности. Это может быть как российское, так и иностранное воздушное судно.
С объективной стороны преступление, предусмотренное ст. 271 УК, предполагает нарушение одного или нескольких правил международных полетов.
Международным называется полет с пересечением воздушной границы России с другими государствами. Воздушное сообщение между государствами осуществляется по определенным правилам. В России оно регламентируется Законом РФ от 1 апреля 1993 г. "О государственной границе Российской Федерации"*(795) и Воздушным кодексом РФ*(796), положения которого могут дополняться и конкретизироваться подзаконными нормативными актами, и также отдельными международными договорами (соглашениями), международно-правовыми документами ООН и специализированных международных организаций (например, Международной организации гражданской авиации (ИКАО), в которых участвует Россия.
Диспозиция ст. 271 УК является бланкетной, и, следовательно, для привлечения к ответственности по этой статье необходима ссылка на конкретный пункт правил, регулирующих международные полеты.
Нарушения правил международных полетов могут заключаться в несоблюдении указанных в разрешении маршрутов*(797), мест посадки, воздушных ворот*(798), высоты полета и в иных нарушениях.
К иным нарушениям относятся, например, отключение дальней связи, пересечение границы с просроченным разрешением, изменение сроков полета, отсутствие системы опознания, неподчинение требованию совершить посадку, неустановление двусторонней связи.
Ответственность за нарушение правил международных полетов исключается, если оно было вынужденным, например, вследствие потери ориентировки, технических неполадок, стихийного бедствия, необходимости оказания срочной медицинской помощи кому-либо из членов экипажа или пассажиров. В подобных случаях нарушение правил может рассматриваться как обоснованный риск, состояние крайней необходимости и т.п.
Нарушение правил международных полетов относится к числу формальных составов преступлений и, следовательно, признается оконченным с момента нарушения конкретного правила, зафиксированного соответствующими службами.
Такие, например, последствия, как причинение существенного вреда здоровью, смерть, крупный материальный ущерб, не являются признаками данного состава преступления, и при их наличии нарушение квалифицируется по соответствующим статьям Кодекса с учетом направленности умысла или характера неосторожности. Нарушение правил международных полетов, повлекшее указанные выше последствия, может квалифицироваться по ст. 263 УК, если оно совершено в территориальных пределах России любым лицом либо за пределами России лицом, являющимся субъектом преступления, предусмотренного ст. 263 УК*(799).
С субъективной стороны деяние может быть умышленным и неосторожным. При умышленной вине лицо сознает, что нарушает правила международных полетов, и желает этого либо относится безразлично к факту нарушения. При неосторожной вине оно предвидит возможность нарушения указанных правил, однако самонадеянно рассчитывает избежать этого либо вообще не сознает такого нарушения в силу недостаточной внимательности и предусмотрительности, хотя его физическое состояние делает это возможным, а осуществляемые функции (полет) обязывают к соблюдению определенных правил*(800). Нарушение правил международных полетов представляет объективную опасность для воздухоплавания. Поэтому причина нарушения (желание, пренебрежительное или легкомысленное отношение к соблюдению правил и пр.) существенно не снижает степень опасности данного преступления с точки зрения возможных последствий. Мотив и цель умышленного нарушения правил международных полетов на квалификацию по ст. 271 УК не влияют, но должны учитываться при индивидуализации наказания.
Субъект преступления, предусмотренного ст. 271 УК, - специальный. Это прежде всего лица, пилотирующие воздушное судно, или другие члены экипажа. Кроме того, к их числу могут относиться лица, ответственные за соблюдение правил международных полетов, например авиационные диспетчеры.
По вопросу о том, могут ли быть субъектами данного преступления пассажиры, одни авторы отвечают отрицательно, так как "перечисленные в диспозиции статьи формы проявления деяния возможны лишь при выполнении полета"*(801); другие допускают это со стороны "пассажиров судна, принуждающих экипаж к нарушению"*(802).
Представляется, что пассажиры могут быть исполнителями данного преступления, если принуждают экипаж к совершению угодных им действий. Эти случаи должны рассматриваться как посредственное причинение и предполагают прямой умысел. Члены экипажа, нарушившие правила международных полетов, подпадающие под признаки ст. 40 УК (физическое или психическое принуждение), от уголовной ответственности при наличии определенных условий освобождаются.
Действия таких лиц (из числа пассажиров), совершаемые с целью угона самолета и сопряженные с захватом заложников или с перевозкой контрабандного груза, должны квалифицироваться по совокупности.
Субъектом данного преступления являются как российские граждане, так и лица без гражданства и иностранцы.
Нарушение правил международных полетов отнесено законодателем к числу преступлений небольшой тяжести*(803).
Ответственность за "нарушение правил международных полетов" (ст. 108 УК) предусмотрена и Кодексом РСФСР об административных правонарушениях. Разграничение преступления и аналогичного административного правонарушения проводится по степени опасности, определяемой характером нарушения правил международных полетов, возможным последствиям, форме вины, причинам нарушения и т.п.
Нарушения правил международных полетов предусмотрены законодательством некоторых зарубежных стран. Так, ст. 288 УК Кыргызстана, ст. 218 УК Таджикистана и ч. 1 ст. 306 УК Казахстана аналогичны ст. 271 УК РФ. В ч. 2 ст. 306 УК Казахстана содержится и квалифицированный вид этого преступления. Квалифицирующими признаками являются смерть человека или иные тяжкие последствия.
В большинстве других стран нарушение правил международных полетов уголовной ответственности не влечет и рассматривается при отсутствии последствий как проступок.
_
<< | >>
Источник: Г.Н. Борзенков, В.С. Комисаров. Курс уголовного права в пяти томах. Том 4. Особенная часть. 2002

Еще по теме 3. Преступления, непосредственно связанные с нарушением правил безопасности движения и эксплуатации транспорта:

  1. Статья 11.2. Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации промышленного железнодорожного транспорта
  2. Статья 263. Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного или водного транспорта Комментарий к статье 263
  3. Глава VI. Преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта
  4. Глава 27. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ БЕЗОПАСНОСТИ ДВИЖЕНИЯ И ЭКСПЛУАТАЦИИ ТРАНСПОРТА
  5. 2. История развития законодательства о преступлениях против безопасности движения и эксплуатации транспорта
  6. 1. Понятие, общая характеристика и виды преступлений против безопасности движения и эксплуатации транспорта
  7. 6. Преступления, связанные с нарушением специальных правил безопасности
  8. Статья 12.24. Нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшего
  9. Глава 35. Расследование преступных нарушений правил безопасности движения автотранспорта
  10. Статья 12.24. Нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего
  11. Статья 11.5. Нарушение правил безопасности эксплуатации воздушных судов