Дискуссии о субъектах права публичной собственности

. Вопрос о субъектном составе права публичной собственности на протяжении многих лет остается спорным.
В советский период после закрепления в законодательстве господства государственной социалистической собственности в литературе долгое время не мог быть установлен субъект права государственной собственности.
Одна за другой появлялись и сменяли друг друга разные теории:
собственности государственных органов как обособленно хозяйствующих субъектов (частными собственниками признавались государственные органы, за которыми закреплялось имущество);
меновая (государство рассматривалось как обычный частный собственник товара);
фидуциарная (советский трест является в отношении предоставленного ему имущества подобием римского фидуциария);
товарной собственности государства (государство как собственник предоставленного тресту имущества выступает в виде особого юридического лица, признаваемого формальным собственником);
разделенной собственности (одно и то же имущество оказывается собственностью и государства, и отдельного госоргана) *(927).
В конце концов господствующее положение в науке (а затем и в законодательстве) получила концепция единого фонда, по которой единым и единственным собственником государственного имущества признавалось само Советское государство*(928).
В связи с федеративным устройством нашей страны некоторые ученые поднимали вопрос и об иных публичных собственниках, помимо государства (СССР), в частности о входящих в его состав союзных республиках. Но поскольку в то время они не могли рассматриваться в качестве самостоятельных собственников, появлялось много теорий относительно их участия в осуществлении правомочий собственника.
Например, А.В. Карасс писал о многоуровневом характере государственной собственности: на имущество, находящееся на территории республики, право собственности принадлежит СССР через соответствующую союзную республику и тем самым этой республике. А имущество, находящееся за пределами СССР, принадлежит только СССР*(929). Иными словами, подразумевалась некая общая собственность, не признаваемая таковой по законодательству. Раз Советский Союз представляет собой единое государство, то если что-то принадлежит одной республике - значит, это принадлежит всем республикам в его составе, а следовательно - и СССР*(930).
Но законодательство СССР не отражало подобных подходов к государственной собственности. Поэтому другие авторы продолжали настаивать на единстве публичного собственника. Республики, по их мнению, участвуют в праве собственности путем наличия своих представителей в органах власти*(931).
Впервые на законодательном уровне множественность публичных собственников была закреплена Законом СССР от 6 марта 1990 г. "О собственности в СССР"*(932) и Законом РСФСР от 24 декабря 1990 г. "О собственности в РСФСР"*(933). Независимыми друг от друга собственниками, не отвечающими по обязательствам друг друга, были объявлены СССР, союзные республики, а также входящие в Российскую Федерацию республики, автономные области, края, области. Но данные нормы долгое время оставались декларативными, поскольку другие нормативные акты закрепляли подчиненность одних собственников другим. В частности, законодательство о приватизации не позволяло субъектам Федерации быть свободными в распоряжении своим имуществом.
Поэтому появилась теория многоуровнего характера публичной собственности, которая объявлялась вынужденным этапом перехода от монополистической собственности к рыночным отношениям*(934). Под многоуровневым характером понималось сохранение государством статуса собственника первого уровня, в противовес субъектам Федерации - собственникам второго уровня, которые остаются в системе единой государственной власти, поэтому не могут быть действительно самостоятельными и независимыми*(935).
В настоящее время, после обновления приватизационного законодательства, ситуация вновь изменилась в сторону увеличения независимости регионов.
Но единства мнений среди ученых опять не наблюдается. Можно выделить следующие точки зрения по рассматриваемой проблеме:
1) публичные собственники являются независимыми и равноправными собственниками своего имущества;
2) теория многоуровнего характера государственной собственности;
3) теория разделенной, рассеченной собственности.
Авторы последней теории видят в ст. 214 ГК указание на общую собственность, хотя эта норма явно разделяет имущество, принадлежащее Российской Федерации, и имущество, принадлежащее субъектам Федерации. Основываясь на такой ошибочной посылке, ее сторонники выделяют помимо противостоящих собственников - Российской Федерации и ее субъектов, еще и третьего публичного собственника, субординирующего отношения собственности - российское государство. При этом, по их мнению, системный подход требует аналогичного решения вопроса и для муниципальной собственности, которая тоже должна определяться на трех уровнях.
Кроме того, в последнее время особую актуальность приобрел вопрос о выделении еще одного публичного собственника. Такой подход основан на использовании в Конституции РФ двух терминов: "народ Российской Федерации" и "народы, проживающие на соответствующей территории", в том числе применительно к владению и пользованию природными ресурсами. В некоторых нормативных актах о природных ресурсах также говорится как о публичном достоянии народа России (например, лесной фонд). Поэтому предлагается объявить некоторые природные ресурсы (земли общего пользования, недра, др.), обладающие большой социально-экономической значимостью и являющиеся основой государственной безопасности, общегосударственной собственностью или общим достоянием народов России. Такую особую собственность предлагается рассматривать как "иную форму собственности", допускаемую законом. К тому же это позволит решить актуальную на сегодняшний день проблему разграничения собственности между Российской Федерацией и ее субъектами. Уникальные для общества объекты национального достояния должны иметь особый правовой статус, неподвластный даже государству, основанный на предоставлении им охраны без права изменять их правовой режим*(936).
Другие исследователи, поддерживая взгляд на природные ресурсы как на объект, требующий особого правового режима, вообще не согласны рассматривать их в качестве объекта права собственности. Поскольку они создавались без участия человека, отсутствуют нравственные основания притязать на обладание ими на праве собственности. Поэтому необходимо объявить их общим достоянием, не принадлежащим на праве собственности никакому конкретному субъекту*(937). Данный подход, по сути, приводит к появлению "ничейного" имущества, т.е. создает почву для неопределенности и бесхозяйственности.
Подводя итог, отметим, что российский законодатель выделяет лишь трех публичных собственников - Российскую Федерацию, субъектов Федерации и муниципальные образования. При этом общая направленность современного законодательства на протяжении последних лет заключается в придании каждому из них действительной самостоятельности и независимости.
<< | >>
Источник: Коллектив авторов. Вопросы и ответы к государственному экзамену по гражданскому праву 2012 год. 2012

Еще по теме Дискуссии о субъектах права публичной собственности:

  1. Публично-правовые образования как субъекты права публичной собственности
  2. § 2. Субъекты права публичной собственности
  3. 2. Субъекты права публичной собственности
  4. § 2. Субъекты права публичной собственности
  5. § 4. Осуществление права публичной собственности
  6. § 3. Объекты права публичной собственности
  7. Виды права публичной собственности
  8. Понятие права публичной собственности в объективном смысле
  9. Особенности права публичной собственности
  10. 3. Объекты права публичной собственности
  11. § 3. Объекты права публичной собственности
  12. § 4. Осуществление права публичной собственности